Ловилась рыбка, большая и маленькая…

Ловилась рыбка, большая и маленькая…
1106
Ловилась рыбка, большая и маленькая…

Сегодня выборгский краевед Александр БАСКАКОВ знакомит читателей со своими изысканиями в истории промыслов и ремесел Карельского перешейка. Публикация подготовлена на основе архивных материалов.

Мастера Карельского перешейка издавна специализировались на тех изделиях, которые можно было продать в Петербурге. Так, в Валкъярви было налажено производство ездового инвентаря (упряжки, телеги, сани), а в нашем городе в районе нынешнего Южного поселка производили кареты. В лучшие годы это давало более половины стоимости кустарной промышленности всей Выборгской губернии.

Знаменитая гончарная промышленность несколько отставала от других видов кустарного производства, продукция была предназначена в основном для домашнего пользования. Волости, которые находились поближе к Петербургу, торговали молоком, главным делом было содержание скота. Жители прибрежных – Койвисто, Йоханнеса и других поселений торговали рыбой. Активно занимались перевозками на своих каботажных судах (т.е. для прибрежного плавания). Много рыбы ловили в Ладожском озере, на побережье Финского залива от Терийоки до Йоханнеса отправлялись за уловом и летом, и зимой. На Ладогу тоже выходили лодки, а позднее моторки увозили рыбаков достаточно далеко от берега.

На воде были свои опасности – рыбаки нередко тонули в разводьях весеннего льда, а в шторм гибли целыми бригадами. Морское рыболовство распространилось в этой части залива после того, как старая Финляндия в 1812 году присоединилась к Великому княжеству Финляндскому. До того русские, жившие здесь, ловили рыбу неводом, и это было важным промыслом для жителей прибрежных деревень. Невод, конечно, имелся не у каждого, однако в Уусикиркко были зажиточные хозяйства, располагавшие добрым десятком этих орудий лова. Прочим оставалось только тянуть им невод, для чего требовалось 10 человек и две лошади. У многих, имевших невод, могло быть на службе до сотни человек и 20 лошадей.

В путину на побережье было многолюдно. Можно было видеть 40-50 бригад, одновременно тянущих невод. В Койвисто были вековые традиции этого вида рыболовства. Первые большие зимние неводы были доставлены из Ингрии, но потом и местные умельцы научились их изготавливать. Летом невод давал лучший улов ночью, незадолго до восхода солнца. Зимой акватория лова была обширнее, так что уходили далеко и ночевали на льду. Если ледяной покров был неполным, то добирались до места на лодке и ночевали, укрывшись от ветра парусом, потом пользовались дощатым домиком. Позднее жители Койвисто придумали разборную будку из досок, в которой могли расположиться на ночевку 3-4 человека и в которой имелась печка для обогрева. Лов с будкой начинался в основном после новогодних праздников и продолжался примерно 2 месяца, в зависимости от погоды.

Кстати, увидеть лов рыбы неводом можно в старом советском фильме «Александр Невский».

Когда кончался сезон невода, его сменяли сети. Ловили, главным образом. корюшку, ерша, сига, которых зимой везли в Петербург. Лов салаки (балтийская сельдь) постепенно распространился по всему побережью Финского залива. (Напомним, что в Выборге есть бухта под названием Салаккалахти). Рыбакам была знакома также ловля мережей и на удочку. Весьма распространена была и доставка в Петербург живой рыбы.

Помимо земледелия и скотоводства, рыбная ловля была немаловажным побочным промыслом в волостях западного побережья Ладожского озера. Жители прибрежных селений были отважными мореходами, некоторые при российских властях плавали по всей Ладоге на своих парусных лодках, а позднее и на моторках. Бурное море часто требовало жертв, и время от времени бригада лодки из какой-либо деревни становилась добычею бури.

Лов начинался весной, со сходом льда с реки Тайпаленйоки, когда по ней поднималась корюшка. Добывалась корюшка за одну ночь, грузилась возами. Затем рыба подсыхала до полуготовности на крыше, а затем доводилась до кондиции в печи и отправлялась в Петербург. Перед отправкой корюшку обливали горячей водой и посыпали солью, после чего начиналась укладка в мешки.

В то же время ловцы лосося (семги) начинали приводить в порядок свои снасти. Спускали сети длиной в 30-40 метров и примерно четырехметровой высоты, с ячеей в 6 см на глубину 20-30 метров. На плесах Ладоги ловился голец и сиг. Орудием лова была «тарпуска» – сеть в 5 м высотой и 80-100 саженей длиной, береговые переметы, крючки и большие мережи. В зависимости от времени года рыбаки умело меняли снасти. Добычей были сиг, лосось, хариус, голец, окунь, судак, салака. Торговцы везли рыбу в Терийоки и отправляли её на судах Петербург.

В Выборгской губернии, где десятилетиями активно ловили рыбу, она не иссякала и не мельчала, в отличие от нынешнего времени. Охрана рыбы в Финском заливе вроде бы усилилась, но ее от этого не прибавляется. Во многом это зависит от того, что уничтожают и загрязняют нерестилища. Отсутствуют и очистные сооружения. В Выборгском посёлке неочищенная вода прямым ходом сливается в залив, а старые очистные заброшены и заросли травой.

Сливается вода без очистки и в посёлке Кирова. Был случай сброса нефтяных фракций, и была засорена бухта Радуга. Теперь поймать крупную рыбу – это большая удача. А когда-то и озера были рыбными. Самая большая добыча была на Юляярви – там однажды подняли сразу более 12000 кг леща, неводом большого размера. Говорили, что лёд затрещал, когда рыбу свалили в кучу. Доставлять улов пришлось тогда на 24 возах, 18 из которых торговцы отвезли в Петербург.

Летом было много налима. Многие крестьяне ловили его и живым везли в Петербург, где во время поста был большой спрос на рыбу. В 1913 году через таможню Раасули прошло в Россию более 4000 кг налима. Около 1895 года в водах Карельского перешейка свирепствовала опасная болезнь раков, а до этого крестьяне ловили их сотнями тысяч и отвозили в Петербург. Под Выборгом разводили мидий. Крупные, размером чуть не в ладонь взрослого человека, они встречались в озере Ихантала (Петровское) и Краснохоломском.

Как мне рассказывал в свое время краевед Александр Красноцветов, разводили мидий там, поскольку была проточная вода, даже зимой насыщенная кислородом. В те времена эти деликатесы пользовались большим спросом в Выборге и Петербурге.

Ферма по разведению более мелких моллюсков находилась у современного дорожного моста Дружбы. Выращивали их в садках большого размера, на берегу до сих пор лежат стобы, служившие опорами освещения, сохранилась и дорога с подъездом. Эта бухточка была очень спокойная, так как в 30-е годы там ещё не проходил канал и не появлялись большие корабли, от которых идут большие волны. До сих пор там, на илистом дне можно найти небольшие ракушки. В этом месте вода, кстати, более или менее чистая, потому что она как бы промывается водой со шлюзов Сайменского канала, когда проходят корабли.

Хотелось бы пожелать удачи рыболовам и выразить надежду, что они будут соблюдать все правила и законы ловли.

Читайте также