После войны фасады домов Выборга штукатурили юные девчонки

110
Сергей Кустов, Юлия Журавлева и Вероника Рябухина пообщались как добрые друзья

История каждого жителя блокадного Ленинграда заслуживает того, чтобы ее знали - это наша история. И пока живы ее участники и очевидцы, пережившие это страшное время, очень важно выслушивать и записывать их свидетельства, приметы этой истории.

Практику проходили на здании школы

Юлия Александровна ЖУРАВЛЕВА живет в Выборге с 1946 года. Тогда она и её шестнадцатилетние подруги Нонна Комарова, Варвара Иванова и Галина Петрова обучались в школе ФЗО (фабрично-заводского обучение), которая находилась возле Спасо-Преображенского собора. В группе строителей было 40 человек, половину из них составляли детдомовские ребята. Практику будущие штукатуры проходили на 13-й школе.

Когда приступили к самостоятельной работе в УНР-14, им доверили приводить в порядок «стекляшку» – так в городе называли здание, расположенное по адресу Рыбацкая, 5 (ныне Набережная 40-летия комсомола). Здесь размещалось огромное общежитие для приезжих.

Девушки восстанавливали разрушенные корпуса на улицах Александра Невского возле Водоканала, Сталинградская (ныне Мира), 10, Леншоссе, 1, Красная (Вокзальная), 9, Ленинградский пр., 31, дома по улице Ростовской…

Часто юных строителей отправляли в командировки в Ленинград: на Охте восстанавливали медицинский центр, на станции Рыбацкое строили двухквартирные домики. Оттуда они сбежали из-за повышенного внимания: поселили молодых девочек в мужское общежитие, не готовы они были к этому…

На судостроительном заводе штукатурили цех, по соседству с эллингом.

– Нам везло на хороших людей, добрым словом вспоминаю прораба Морозова, хороший был дядька... Мне и самой довелось обучать группы учеников-штукатуров, – рассказывает Юлия Александровна. – Потом работала в РСУ-35.

Отец пропал без вести…

Она родилась в Парголово летом 1933 года в многодетной семье:

– Папа работал на «Скороходе», и перед войной нам должны были дать квартиру: на работу из Парголово ему было долго добираться. Мы тогда ютились с мамиными сестрами в трехкомнатной квартире: у младшей, тети Клавы, была самая маленькая комната, у нас побольше, а у семьи старшей сестры самая большая. Квартиру мы так и не получили: началась война…

Очень хорошо помню, как противно гудели немецкие самолеты, когда летели тучами низко-низко над зданием почты.

Папа был связистом, его ранили в сражении под Ленинградом, он лежал в госпитале, а мама к нему бегала под обстрелами. Потом отец пропал без вести, так и не знаю, где он похоронен…

Еще запомнилось, как мы с мамой куда-то ездили перекапывать поля, искали картошку, какие-то овощи. Старшая моя сестра оставалась с младшей, которая родилась за два года до войны. Ей досталось больше всех, она долго не ходила и не говорила, очень маленькая была… Еще помню, что мать меня куда-то за керосином посылала… Бывало, посадит нас за стол, а сама на кровать ложится, глаза закрывает, это тоже в памяти осталось…

«А учителя у нас были замечательные!»

По Дороге жизни на полуторке семью эвакуировали в Калининскую область, где они жили потом три года:

– Помню, что ехали в темноте, много воды надо льдом – может, это было в конце осени или начале весны? Мама почти никаких вещей взять с собой не смогла…
В деревне, где мы жили, эвакуированных было много, и многие умирали. Мы учились в школе, педагоги были прекрасные, после уроков они занимались с нами художественной самодеятельностью, замечательный там был народ, женщины работали день и ночь.

После войны в Ленинград возвращаться было некуда. Поэтому приняли решение ехать в Выборг, очень многие из той деревни поехали именно сюда. Тогда город был закрытым, но соседи прислали им вызов, да и потом помогали семье, оставшейся без кормильца:

– Конечно, мы хватили на своем веку, особенно досталось маме. Послевоенные годы ведь тоже были очень трудными, голодными, в Выборге в 1948-м буханка хлеба стоила 100 рублей, а оклад у санитарки санатория Водников, где работала мама, был совсем маленький.

В Выборгском поселке

– В Выборге нас поселили в деревянный домик в Выборгском поселке, наверно, до нас там располагались связисты, потому что все двери были в проводах. В одной комнате жили две семьи, а мы – в 12-метровой, спали на полу, с потолка падали клопы. Почему- то в кухне еще долго жил солдатик какой-то...

Место было очень хорошее, у самого леса, а возле дома поле, вымощенное кирпичом, – его разобрали, и стали сажать картошку.

Юлия Александровна вспоминает, что в Выборгском поселке в школе №2 директором работал Иван Павлович Киришев:

– Золотой человек, я его хорошо запомнила. Школа была четырехлетка, потом ходили учиться в Северный поселок, но надо было работать, и школу пришлось бросить: устраивались няньками в офицерские семьи.

После получения рабочей профессии у Юлии началась совсем другая жизнь. УНР-14 вскоре преобразовали в РСУ-35:

– Помню хорошо нашего наставника секретаря партийной организации Петра Беляева. Комсомольским вожаком был Коля Перепечёных, потом он в начальники выбился.

Большая семья

Вышла Юлия Александровна замуж, в 1959-м родила сына Александра, он учился в той же школе № 2, а 9 и 10 классы оканчивал уже в 12-й, где классным руководителем у него была учитель немецкого языка Светлана Александровна Раевская. Сын занимался спортом, занимал первые места. Потом служил три года на границе Германии с Польшей, жили как дома, дружили с немцами, а вот поляки, говорит, с нашими ребятами не общались.

В 1976 году семья получила квартиру, в которой Юлия Александровна и живет до сих пор. Теперь одна, муж рано умер, на 65-м году. Младшая сестра живет в Выборге, а старшей уже нет…

– Внуку 35 лет, уехал с матерью на Украину, приезжают ко мне часто. Сейчас он на заработках на финской ферме, ему там нравится. Ветеринар по профессии, почти весь мир объездил. Даже в Австралии работал, ему предлагали остаться там навсегда, но его жена не захотела.

Правнук, третьеклассник, тоже живет на Украине, в Черкассах. Футболом занимается, говорят, уже вымахал ростом с тренера...

Недавно умерла последняя подруга Юлии Александровны, с которой на стройке работали, и все четверо очень близко общались.

– Меня пригласили во дворец на празднование 75-летия снятия блокады, но мне теперь тяжело выходить из дома. Зато пришли поздравить наш депутат Сергей КУСТОВ с помощником Вероникой РЯБУХИНОЙ. Сергея Аркадьевича я помню еще совсем молодым, когда он только начинал работать в нашем ремонтно-строительном управлении. Он нас опекает как депутат, много делает для Центра милосердия. Признательна ему до бесконечности, добрейшей души человек, дай ему Бог здоровья!

Ольга НАБАТОВА

Имя*:

Отправляя форму, я даю согласие на обработку персональных данных.
* — Поля, обязательные для заполнения

0 комментариев