На каком языке говорили в Выборге до войны

На каком языке говорили в Выборге до войны
2711
Это был язык купеческой и низовой среды, язык торговли, кухни... Фото: terijoki.spb.ru

«В Выборге говорили на четырех языках» – эту фразу не повторял, наверное, только ленивый. А что в действительности это значит? И как жители разных национальностей друг друга понимали? Узнаем об этом у старшего научного сотрудника Выборгского музея-заповедника Юлии МОШНИК.

– Этническая история Выборга очень сложна, – отмечает Юлия Игоревна. – В конце XIII века на эту землю пришли шведы, но и карелы здесь остались. После того, как Выборг получил права города (1403 г.), а вместе с ними и право заниматься внешней торговлей, сюда начали приезжать ганзейские купцы. Этот процесс активизировался в   XVI веке, когда Выборг получил стапельное право. Так в город пришел немецкий язык. С началом Реформации в Швеции (1527 год) православные карелы стали покидать эти земли. Зато в рамках шведской переселенческой политики началась миграция лютеран-финнов.

После взятия Выборга Петром Первым сюда стали переселяться русские купцы. Однако во время Северной войны Петр завоевал и Прибалтику (причем Ригу тоже в 1710 году), где государственным языком был немецкий. Поэтому помимо русских в Выборг стали стекаться негоцианты из этих стран, а также из немецких городов, Дании, Голландии. Выборг XVIII века – это город немецкоговорящий. Немецкий стал языком культуры и образования. Первая школа открылась немецкая, первая газета – немецкая. Книги, спектакли, зрелища – все было на немецком. Естественно, у себя дома шведы говорили по-шведски, русские – по-русски, финны – по-фински...

– Выборгское многоязычие – это очень любопытный сюжет, но профессионально его изучением занимаются немногие. Самый известный специалист по этой теме – финский лингвист Марика Тандефельт – изучала ее, опираясь на письменные свидетельства и, прежде всего, беседы с носителями этой уходящей культуры – старыми выборжанами.

«В 1760-м швед А. А. Хюлферс побывал в Выборге, – пишет Марика, – и обратил внимание на многоязычие города и упадок шведского языка: «Здесь в городе шведский язык является родным языком, но он, вероятно, выродится со временем, так как общеупотребительным является немецкий язык. Впрочем, здесь говорят много на финском и русском языках, так как многие голландцы и купцы должны понимать их языки».  

Марика Тандефельт отсылает также к путевому дневнику Софии Аделаиды фон Хаусволфф, которая была дочерью пленного шведского офицера и в 1809 году жила в Выборге. София Аделаида пишет, что здесь говорят на французском, немецком, шведском, финском и русском. Плюс еще в гимназиях изучают древние языки. Аделаиду огорчает, что шведский в Выборге выходит из употребления, ее плохо здесь понимают...

Но уже в 1811 году, в результате последней русско-шведской войны (1808-1809 гг.), Выборгская губерния присоединена к Великому княжеству Финляндскому, где административным языком был шведский, и в городе началось его возрождение.

– В то же время происходит и другой процесс: Великое княжество со временем получает свою таможню, валюту, армию, оно хочет говорить и на родном языке! Зарождается финнофильское движение в шведских кругах. Позднее появляются финские школы...

К концу XIX века около 90% населения Выборга составляли финны и финноговорящие, но шведская, немецкая и в особенности русская языковые группы тоже были многочисленны.  Кроме того, здесь говорили на идише, татарском, польском, на всех прибалтийских языках. Такая ситуация в конце концов привела к взаимопроникновению языков.

– Постепенно в Выборге образуется местное наречие – виборска. Будь ты немец, швед или поляк – в определенных ситуациях ты будешь говорить на этом наречии. В словах, понятных всем, угадываются корни слов из разных языков. Одно слово у тебя будет почти русское («фортушка»), другое – почти немецкое («шлафрок», то есть халат), третье – почти финское («боркане», от «porkkana», т. е. морковь), четвертое – русское с немецким звучанием («лафка», т. е. «лавка»), пятое – помесь русского и финского («масловой», от «масло» и «voi»)... Это был язык купеческой и низовой среды, язык торговли, кухни. Но его употребляли и в светском обществе – в бытовых ситуациях или когда надо было пошутить.

Таким образом, виборска – сложившийся в XIX веке в городе диалект, основанный на смешении слов из четырех основных выборгских языков – русского, финского, немецкого и шведского.

– Слово viborska говорит о том, что формирование диалекта шло через шведский язык. Шведский был той средой, в которой виборска «варилась», основным ингредиентом, в котором другие языки перемешивались и взаимодействовали. Пик виборска пришелся на рубеж XIX и XX веков, когда он уже оформился и начал проникать в печать.

Архитектор Жак Аренберг в шутку называл жителей Выборга языковыми преступниками. Он так описывал Выборг середины XIX века: «Языковая путаница была сильнейшая. Русские, немецкие, финские, шведские и татары говорили друг с другом, все – бегло и неправильно, но они все равно непостижимо хорошо понимали друг друга… Ругань на разных языках, ругань и тысяча видов шума наполняли воздух… Вы были в Выборге, а это все же нечто иное, чем остальная Финляндия».

Выборгская писательница Лемпи Яаскеляйнен в романе «Тюттё в старом городе» приводит пример: «Купец Жаворонков, или Миша, как называли его за спиной покупатели, говорил на причудливом финском языке. В нем мешались самые разные слова, от matsalko до peredniekko и maslovoi».

Слова, которые использует Михаил Иванович Жаворонков, владелец магазина деликатесов и фруктов, «склеены» из русской и финской основ.  Matsalko, вероятно, смесь слов «maito» и «молоко», peredniekko – «передник» и «mekko» (платье), а maslovoi – «масло» и voi (масло)…

Мне очень нравится, как архитектор Отто Иивари Меурман писал о выборгском языке: «Однажды одного выборжанина в Центральной Европе спросили, является ли его родным языком немецкий. «Нет», – ответил выборжанин. «Тогда значит шведский?» – спросили его. «Нет». «Или финский?». Выборжанин ответил: «Нет». «Значит русский?». (Спрашивающий начинал уже догадываться.) «Нет», – ответил выборжанин. «Так какой же тогда?» Выборжанин ответил: «Se on viborska!» («Это – виборска»). Так оно и было». 

Выборгский язык – один из очень существенных элементов ушедшей выборгской культуры. Это собственно то, что описано Юхани Виисте как «уютный старый Выборг», один из элементов той среды, которая, к сожалению, потеряна, – резюмирует Юлия Мошник.

Записала Юлия ПОДСКРЕБАЕВА

Читать все статьи автора Юлия Подскребаева

Читайте также