«И глядят мальчишки с уваженьем на походку и на ордена»…

«И глядят мальчишки  с уваженьем на походку и на ордена»…
199
«И глядят мальчишки с уваженьем на походку и на ордена»…

Имена известные и неизвестные. Арон Копштейн

«Скажи мне, Скажи мне, Украйна»

…Арон Копштейн – один из самых ярких молодых поэтов своего времени. Талант его не до конца был раскрыт, так как этому помешала смерть на поле боя. Его стихи сразу привлекают внимание, их хочется перечитывать снова и снова. Его поэзия согрета большим, неподдельным чувством – любовью к жизни и природе, в ней чувствуется какая-то особая сила и выразительность. Отдельного внимания заслуживают стихи, написанные на фронте, они проникнуты чувством боевого товари- щества, настоящей мужской дружбы.

Биография типична для того периода российской истории. Арон Иосифович Копштейн родился 5 марта 1915 года в Очакове Херсонской губернии – в семье школьного учителя. В пятилетнем возрасте остался сиротой, так как в эти годы на Украине свирепствовала эпидемия тифа. Окончил семилетку, и началась самостоятельная трудовая жизнь. 

Работая, он продолжал писать стихи. И вот радостное событие в жизни каждого литератора – выход первого поэтического сборника: «Хотим, стремимся, можем» (на украинском языке). С тех пор сборники выходили практически ежегодно. В 1934 году опубликован «Разговор», затем «Улица Щорса» (1936), «Джерело» (1937), «Государство солнце» (1938). И общесоюзное признание – выход на русском языке сборника «Радостный берег» (1939).

Основная тема его творчества – Родина, Отечество. Просто и в то же время выразительно он говорит о своей необъятной стране, о ее людях… Большое внимание уделяет картинам родной природы. 

Счастливые студенческие годы

Вскоре Копштейн оказывается на скамье Московского литературного института имени М. Горького (1939 г.). Однокурсник его Борис Заходер отмечал одну особенность Арона: «В Москве, когда он жил у меня, я узнал его ближе. Меня всегда поражала в нем одна черта – полная безоглядность. Всему, что он делал, он отдавался целиком. Как он работал! Утром он усаживался за стол, иногда забыв умыться. Если ему не писалось, то он начинал выводить на бумажке какие-то каракули. Потом писал всегда одну и ту же фразу: «У меня сегодня ни черта не выходит!..». Исписав этими словами два листка, он начинал писать стихотворение, и оно выходило».

Кто учился, тот никогда не забудет свои студенческие годы. Эти бесконечные диспуты на различные темы, начиная от творчества писателей и поэтов до  международного положения. А 1939 год в этом отношении богат на события: боевые действия против Японии, напавшей на Монголию (11.05.-16.09.1939 г.), известные у нас  как бои на Халхин-Голе. Нападение Германии на Польшу, освободительный поход частей РККА в Западную Украину и Западную Белоруссию. В печати публиковались сообщения об этих событиях. Так, в одной из оперативных сводок читаем: «С утра 17.09.1939 года войска РККА перешли границу во всей западной линии от реки Западная Двина (наша граница с Латвией) до реки Днестр (наша граница с Румынией)».

В Литературной газете опубликовано письмо поэтов комсомольцев Литературного института ССП к трудящейся молодежи Западной Белоруссии и Западной Украины, среди авторов Арон Копштейн:

Пусть звенит родная песня
Широко и сильно,
На бульварах Перемышля,
На улицах Вильно.
Пусть летит гопак веселый
Легко и свободно.

И далее:

Встаньте, братья украинцы,
Братья белорусы!
Пусть на девушках сверкают
Нарядные бусы.
Где топтали вашу землю
Шляхтичи кичливо, – 
Пусть полем необъятным
Колосится нива.
Песню Родине любимой 
Грянут запевалы,
И бандуры зарокочут
Зазвенят цимбалы.
Запоют и наши песни
Широко и сильно
На бульварах Перемышля,
На улицах Вильно.
[Наше слово].

«Нежный и добрый»

И вот наступает ноябрь 1939 года, в газетах все чаще и чаще публикуются статьи о событиях в Финляндии, наших отношениях с этой страной. Студенты бурно реагировали на происходящее, и когда в Ленинграде, Москве и других городах СССР по приказу Народного Комиссара обороны начали формировать добровольческие лыжные батальоны, то ринулись записываться в них. На основе директивы НКО № 0672 от 24 декабря 1939 года началось создание лыжных добровольческих частей, прежде всего из молодежи – студентов, рабочих и служащих. 

Платон Воронько так вспоминал об этом: «На медкомиссии при малейшем противопоказании просто писали «Не годен». Многие принимали этот приговор печально, но молча. Когда же очередь дошла до Арона Копштейна, началась затяжная и упорная борьба. Копштейн был, пожалуй, наиболее определившимся писателем на нашем курсе. Ярко одаренный поэт, уже выпустивший сборники стихов на русском и украинском языках, он обладал феноменальный памятью, прочитал все, что читали все, и даже то, чего никто не читал.

Но что касается фронтовой жизни, то определение «не годен» подходило к нему решительно по всем статьям. Огромного роста, тучный, вялый, всегда выключенный из окружающего мира. Он мог идти одной ногой по бровке тротуара, другой – по мостовой, при этом читать книгу и жевать ломоть хлеба. И когда этому нежному добряку хотели записать в карточку «Не годен», он сказал: «Поймите, что это жизненно важно для меня. Если я теперь не пойду на войну, если не сдам этот экзамен, жить не буду.» Сказал он это так, что были ошарашены не только мы, его товарищи, но и военные врачи. Его проверяли еще и еще, советовались и снова обследовали. Копштейну разрешили идти на фронт – при условии, что он сбросит вес и начнет систематические тренировки».

Луконин, Наровчатов, Заходер…

Здесь необходимо дополнить: он родился на южной Украине и снега не видел никогда. А тем более  не мог ходить на лыжах (это была «болезнь» всех дивизий прибывших из Одесского, Киевского, Белорусского военных округов). 

Прошедших медкомиссию направили на формирование 12-го «легколыжного» батальона, который дислоцировался в г. Подольске Московской области (на базе Подольского пехотного училища), где их переодели в зимнюю экипировку и вооружили. Вскоре погрузили в эшелон и отправили в Карелию. Вместе с Ароном Копштейном в этот батальон попали Иван Бауков, Платон Воронько, Михаил Луконин, Сергей Наровчатов, Борис Заходер, Николай Отрада (Турочкин, он погиб 04.02.1940 г.), Иван Куприянов, Георгий Лысенко, Григорий Цуркин, Семен Хайкин. Впоследствии все – известные в стране литераторы.Платон Воронько вспоминал: «На фронт ехали в теплушках, ехали долго. Дней пять или шесть добирались из Москвы до Петрозаводска. Дорога была забита составами, идущими на фронт. Наш вагон с нарами и буржуйкой посередине сразу стал родным домом. Из Петрозаводска на машинах приехали в расположение своей дивизии на Парозерском направлении. Старые фронтовики встретили нас с трогательным вниманием и надеждой. Они без лыж, в метровом снегу хлебнули лиха предостаточно. Батальон разместили в землянках и на хуторах, в разных частях и подразделениях»:

Мы с тобой простились на перроне,
Я уехал в дальние края.
У меня в «смертельном медальоне»
Значится фамилия твоя.
Если что-нибудь со мной случится,
Если смерть в бою разлучит нас,
Телеграмма полетит, как птица,
Нет, быстрее во много тысяч раз.
Но не верь ты этому известью,
Не печалься, даром слез не трать:
Мы с тобой не можем быть не вместе,
Нам нельзя раздельно умирать…

12-й лыжный батальон воевал в составе 8-й армии, которая наступала северо-восточнее и севернее Ладожского озера, конечная цель – выйти на рубеж Сортавала-Йоэнсуу. Батальон совместно с 155-й стрелковой дивизией в феврале-марте месяце 1940 года продвигались по маршруту Иломантей-Корписелькя, так называемое Лоймоловское направление.

Приказом ставки Главного Военного Совета № 01625 от 10 февраля 1940 года из лыжных батальонов были сформированы лыжные эскадроны численностью 150 человек.

В приказе отмечается:

«Практика показала, что использование лыжбатов в качестве обыкновенных пехотных частей не достигает цели и ведет к большим потерям в этих батальонах.Задача эскадрона – разведка сил противника перед фронтом наших частей, диверсионные действия по ближайшим тылам противника, взрывы мостов, железнодорожных станций и т.д. и наконец, охрана флангов действующих полков».

Он стал своим во всех подразделениях

Тотырбек Джатиев, комиссар лыжного эскадрона, впоследствии опубликовал свои воспоминания: 

«Я вспоминал первые дни пребывания Арона в рядах Действующей Красной Армии. Он чувствовал себя неловко. Ему было скучновато служить рядовым бойцом, он ждал чего-то более грандиозного. Протереть и смазать маслом новый, блестящий автомат, просмолить свои лыжи, в штабе подежурить или часовым постоять – все это ему казалось «работой мелкого масштаба». Вскоре Арону было поручено редактирование походной газеты подразделения «Боевой листок» и организация низовой красноармейской печати в части. 

Арон загорелся. Вокруг «Боевого листка» быстро образовался актив. Копштейн в подразделениях нашел своих художников, поэтов и очеркистов. Каждый боец с помощью редактора становился военкором. Арон помогал им описывать свои героические дела и делиться с товарищами, читателями газеты, своим боевым опытом. Все больше и больше расширялись масштабы деятельности Арона. 

(продолжение в номере 18065).

Мирхат МУСИН, член исторического клуба Ленинградской области 

Читайте также

Имя*:

Отправляя форму, я даю согласие на обработку персональных данных.
* — Поля, обязательные для заполнения

0 комментариев

Вход Регистрация