Олонец-молодец, старинный и современный

Олонец-молодец, старинный и современный
1206
Источник фото: rk.karelia.ru

Олонец – один из красивейших городов Карелии. Северная природа сочетается с историческими традициями и дополняется современными идеями. Здесь живут талантливые и гостеприимные люди. Туристов с цивилизованными намерениями в этом городе угощают деликатесом – икрой форели кондопожской без консервантов, которая в магазинах по цене 2100 рублей за 200 г. Ваш корреспондент побывал в Олонце в марте.

Поразительное дело, если набрать в поисковике «Олонец – любовь моя», откроется длинный список сайтов знакомств. А если набрать просто «Олонец», удовольствуешься только сухими фактами из энциклопедии. Поэтому лучше туда поехать… Добраться туда можно довольно быстро, а впечатлений достанет на несколько месяцев. По федеральной трассе «Кола» можно доехать автобусом или на авто из Петербурга в направлении Петрозаводска – всего 420 км. Поезд в Мурманском направлении через Лодейное Поле домчит до места за полдня. Через Сортавалу, Питкяранту и Видлицу сюда можно приехать по железной дороге из Выборга, в дороге наблюдая в окошко северо-западный берег Ладожского озера. Поистине, это маршрут созерцателя-путешественника. Для этого с «Ласточки» в Сортавале пересаживаются на электричку до Лодейного Поля, следующей два раза в день; время только на этом участке пути 4 часа.

При слиянии Олонки и Мегреги

Олонец – один из старейших городов на севере России. Во времена новгородской независимости принадлежал новгородскому владыке. Первое поселение известно с 1137 года, упоминается в приписке к Уставу новгородского князя Святослава Ольговича, что датируется 1137 годом. Одна из главных в регионе Олонецкая крепость начиналась с небольшого острожка, сооруженного для обороны от шведов в 1613 году. Время в преддверии Столбовского мирного договора 1617 года было неспокойным, а по условиям договора единственная тогда северная крепость Корела отошла к Швеции. В местечке при слиянии рек Олонки и Мегреги за полгода, в 1649-м, по указу царя Алексея Михайловича возвели усиленные девятнадцатибашенные деревянные укрепления. Самая высокая башня – более 30 метров. С этого года Олонец в статусе уже города празднует дни рождения. (Кстати, «Олонка» переводится как «паводковые воды»)

В крепости и вокруг нее быстро стал расти посад, имевший даже мастерскую по переписке книг. Известны имена переписчиков – Давыд Дмитриев сын Шаргоев и дьячок Алексей Ижорин, о котором известно, что в 1674-м он лично переписал историческую книгу «Хронограф». Тогда уже Олонец был торговым, военным и административным центром с постоянным пребыванием олонецкого воеводы. Известный и поныне воевода Яков Стрешнев оставил тут по себе такую память: «Чтоб в городе не пусто было», переселил из заонежских погостов способных к труду и состоятельных крестьян. Посадские люди во второй половине XVII века слыли предприимчивыми торговцами, на небольших судах ходили даже в Стокгольм. В наши дни на улицах звучит как русский, так и карельский язык с несколькими наречиями, название города звучит как Anus и Anuksenlinnu. У города весьма необычный герб с 1781 года и аналогичный флаг: на желтом фоне рука держит золоченый овальный щит, а под ним две перекрещенные цепи с круглыми шарами-ядрами, привязанными за концы цепей на манер нунчаки. Как говорят краеведы, впервые этот герб появился на военных знаменах 1712 года. История Олонца переплетается с историей Балтийского флота. Олонецкие верфи заложены Петром Великим, в окрестностях находились оружейные мастерские, поставлявшие пушки для военных судов.

Городок невелик, но знатен

По занимаемой площади и количеству жителей городок небольшой: 7 тысяч жителей уместились на 6 кв. километрах, что типично для Карельской Республики, отличающейся просторами и относительно небольшой плотностью населения – рай для философов, охотников, писателей и мечтателей всех мастей, а также для научных деятелей, ибо отвлекающих факторов мало, а природные красоты и технические средства – в виде интернета присутствуют. Удивление вызывает неизбывное внимание, традиционно оказываемое в Олонце своим землякам. Вообразите, при относительно небольшом населении – 29 почетных горожан. Смотрители маяков – самые непритязательные и самодостаточные люди во Вселенной, как считают обыватели, по завершении своей карьеры непременно селятся в Олонце, чтобы привычней радоваться серебряному возрасту и новым возможностям освоения пенсии.

30 июля 1826 года редактор «Военного журнала», один из создателей «Союза спасения», проходивший по делу декабристов, после полугодового пребывания в Петропавловской крепости уволенный с военной службы коллежский советник Федор Глинка приступил к своим новым обязанностям в Олонецком губернском правлении. Ссылка продолжалась три года и оставила след в творчестве писателя, его поэму «Карелия» оценил Пушкин, отметивший «теплоту чувств и свежесть живописи».

«Бывала даже на Олонце,

Дивилась башням и стенам,

И книги покупала там…»

Это строки из поэмы «Олонец» Ялмари Виртанена; когда в 1926 году создавали Карельскую ассоциацию пролетарских писателей, Виртанен возглавил ее и продолжал редактировать первый художественный журнал на финском языке – «Пунакантеле».

Какие они, олончане?

При участии финского социалиста Эдварда Гюллинга и поддержке Ленина в 1920 г. декретом ВЦИК из населенных карелами Олонецкой и Архангельской губерний образована Карельская трудовая коммуна, где Виртанен играл выдающуюся роль. Вообще мне везет на знакомства в новых местах. Из стихотворения поэта Прокофьева «За морями пусть сторонятся, мы море перейдем, мы, олонецки, нигде не пропадем!» слова не выкинешь, в чем я убедился, буквально сойдя с поезда, сразу по прибытии на вокзал. Местный житель, обедавший в буфете – рослый парень лет 30, с добродушной улыбкой представился: «Вадим лысый», хотя шевелюра его ни о чем таком не говорила. Позже выяснилось, что фамилия у него Лысенко. Парень повел меня в олонецкие поля, крупнейшую в Северной Европе птичью стоянку. Вокруг города теперь, как и каждую весну, останавливаются дикие гуси. Бескрайние, заполненные птицами поля – зрелище удивительное! Большие бело-серо-черные птицы с громкими голосами захлопали крылами при нашем визите, и частью отлетели, тревожить их тут некому. Не удивительно, что ежегодный фестиваль «Олония – гусиная столица», собирает натуралистов и даже орнитологов всей страны.

Народ здесь скромный, но соображает быстро. Разумеется, не со всеми олончанами и олончанками (так они себя называют) удалось познакомиться, однако схожие черты бросаются в глаза. Тем более, что мой добровольный гид пояснил, как и чем люди живут. Другой новый знакомец, Антон, человеком оказался деловым, ибо пяти минут не было, чтобы он не отозвался на телефонные звонки; во вполне нормативных ответах преобладала фраза: «щас как откондопожу» (г. Кондопога имеет свою интересную историю и находится северо-западнее Олонца). При том же высоком росте Антон – прямая противоположность Вадиму: фамилия шведская, профиль греко-римский, прическа легионера из Спарты, подпрыгивает при ходьбе, в эмоциональном разговоре машет руками… Хриплый голос, дым отменного табака –это все, по моим наблюдениям, черты олончанина. Девушки же здесь рост имеют невысокий, как карельские березки, взгляд выразительный и с достоинством – особый, неповторимый тип женской красоты.

Оно того стоит!

Культурная и туристическая доминанта Олонца Смоленский собор расположен на острове Мариам, где река Мегрега впадает в Олонку. Попасть на остров можно только по пешеходным мостам. Паломникам будут интересны Церковь Успения Пресвятой Богородицы и Церковь Смоленской иконы Божией Матери, Собор Иконы Божией Матери Смоленской (1828), старейшая Церковь Фрола и Лавра (1613) в деревне Мегрега, что в 10 км от Олонца. А также церкви и часовни в деревнях Кунилице, Еройла, Новинка, Пертисельга, Утозеро, Гавриловка. Особо примечательна кирха Святого Креста церкви Ингрии, где собираются лютеране. Важеозерский мужской монастырь имеет свою часовню – остров на воде с проложенной к нему дорожкой. Мирянам понравится экспозиция Олонецкого национального музея карел-ливвиков им. Н.Г. Прилукина. А послушать можно Олонецкий карельский народный хор «Karjalan koivu» («Карельская береза»), звучащий с разной активностью с 1935 года. И это кроме памятников военным и партизанам. Стоит увидеть деревянный подвесной мост в Рыпушкалице. Олонецкая районная станция юных натуралистов с 1971 года продолжает привлекать детей и подростков. Ежегодно в первый день зимы проводятся «Олонецкие игры Дедов Морозов». Надо полагать, сюда едут деды со всего мира, но в марте их следов я уже не застал.

Истинная жемчужина края – Первый курорт олонецких марциальных вод. Объект культурного наследия федерального значения расположен неподалеку от северного берега Кончозера. Дорога туда заняла еще полдня, но оно того стоит! Первый российский курорт, основанный и открытый в присутствии Петра I в 1719 году на базе железистых минеральных источников и габозерской лечебной грязи. История курорта, открытого крестьянином Иваном Рябоевым, такова. Зимой 1714 года «молотовой работник» Кончезерского железоплавильного завода приписной крестьянин Иван, «скорбевший сердечною болезнью», был послан на Равболото для присмотра за возчиками «болотной» (железной) руды. На месте он обнаружил незамерзающий родник, испил из него и почувствовал облегчение. О чудесном выздоровлении страждущий рассказал управляющему, а тот далее коменданту Олонецких горных заводов Виллиму Геннину. Геннин, зная об указе царя Петра Алексеевича по поиску целебных вод «на манер Европ и Франций», письменно доложил начальству — адмиралу Федору Апраксину. И дело пошло. Теперь это полноценный санаторий «Дворцы», принимающий по путевкам от 2 до 14 дней. Потрясающее место, этот Олонец с окрестностями. История тут говорит с вами без посредников. А некоторых даже лечит.

Андрей КАШКАРОВ

Читайте также