Что нового у ингерманландцев в Финляндии? Часть 2

Что нового у ингерманландцев в Финляндии? Часть 2
732
Что нового у ингерманландцев в Финляндии? Часть 2

Была ли альтернатива недомыслию?

(начало ранее по ссылке https://gazetavyborg.ru/news/chto-novogo-u-ingermanlandtsev-v-finlyandii/)

История не знает сослагательного наклонения. Мы не можем утверждать – как было бы иначе. Но можем предположить... Для действующей власти в обоснование ненадежности инкери был «недостаток»: они приверженцы своей лютеранской веры. Религиозные вопросы и распри, в том числе в среде номинальных атеистов, до сих пор являются определяющими для организации различных гонений в мире.

Понятно, что пока не нашли лекарство от людской глупости, ангажированности и в целом – от людской природы, человеку желательно быть и жить со своим народом. По формальным признакам ингерманландцам ничто не мешало развиваться в Советской России предвоенного и послевоенного образца, если бы они адаптировались к существующим порядкам, Но это было непросто после того, как их, считая опасными, лишали доверенности и наследства духовности и традиций. Поэтому ситуация развивалась по иному сценарию – как говаривал Остап Бендер Кисе Воробьянинову: «жить с такими волосами в Советской России не рекомендуется». Советское государство также могло бы избрать другой формат взаимоотношений с малым народом. К примеру, если вы хотите добиться большей лояльности и усердия от другого, нужно начать думать о проблеме с его позиции. Но когда в имперском государстве думали о малых народах? Поэтому получилось так, как получилось. И в этих скупых строках реальные трагичные судьбы десятков тысяч людей. И их не прочувствуешь, если ты не инкери. Выставка в Хельсинки, посредством фото- видео- и текстовых документов помогает прочувствовать это. История программы Мауно Койвисто изложена на выставке – в том числе посредством видеозаписей. Уже в первый год открытия программы обозначился вал желающих переехать в Финляндию ингерманландцев, люди воодушевились этой надеждой. Почему они уезжали, с учетом и особенностей веры, наверное, теперь многим понятно. Человеческое терпение имеет свой предел. Кроме того, жизнь в Финляндии манила высоким уровнем благосостояния и перспективами; по сути, люди ехали воссоединяться с родственным финским народом, а многие еще и уезжали от «непредсказуемой России», что и вынуждало к построению представителями инкери собственных альтернативных социально-политических концепций – на территориях уже вне СССР и России. Как я их понимаю!..

Можно ли разочароваться в Европе

Финляндия – это Северная Европа. Регулярно общаясь с живущими в Финляндии соотечественниками (не только ингерманландцами), вижу и ностальгию по России и сочувствие нам. Для меня это было странно. Многие русские, в том числе ингерманландцы, переехавшие в Финляндию до 2016 года по программе репатриации президента Мауно Койвисто, вместо знания реальной жизни в Финляндии по обыкновению принимали за него «миф», которому тесно в материалистических стандартах. Есть в Северной Европе и свои отрицательные особенности для жизни, особенно неожиданные и непривычные для тех, кто прошел «советскую школу». К примеру, трудности с работой. Отсюда и последующие проявления ностальгии. Рациональность, возведенная в степень практичности, ставка на материализм и силу, цинизм и некоторый эмоциональный голод – все это требует адаптации во времени. Понятно, что дети переселенцев уже чувствуют себя на новой родине лучше. Издавна многие русские интеллектуалы, увлекавшиеся «передовой» западной культурой, разочаровывались. Это можно считать особенностью русских людей, переселившихся так или иначе в Финляндию, по крайней мере тех, у кого в жизни не одни лишь материальные потребности.

Почему инкери разобщены

Разумеется, эта статья написана не для того, чтобы ее рассматривали в узком применении – как опровержение или подтверждение каких-либо версий, а также и перспектив. Мир многогранен и динамичен; нет ничего застывшего, навсегда данного. Можно говорить лишь о тенденциях и типичных проявлениях, замеченных автором (и не только им) при внимательном рассмотрении истории инкери. А также и о том, что люди в наше турбулентное время безотносительно места проживания сильно разобщены, сплачиваются лишь условно – локальными группами по интересам, массовость которых под большим сомнением; это примета времени и тех влияющих на жизнь и личность факторов: мотивирующих, дестабилизирующих, которыми полнится среда, особенно в мегаполисах, и которые трудно игнорировать даже человеку с большой волей, противопоставляя себя традиционному обществу с его небезупречными ценностями и целеполаганием.

Что мешает взаимодействию

Народ инкери существует, и культурная память еще не утеряна. Есть люди, которые постоянно ее актуализируют. В основном - это пожилые люди. И без выставок, используя доступные сегодня интернет-средства личной информации, они публикуют свои воспоминания, дневники, фотографии из семейных альбомов с комментариями. Такова, к примеру, Виола ХЕЙСТОНЕН из Иматры, председатель клуба «Ингрия». Вокруг нее сплотились несколько единомышленников-помощников, но… клуб едва ли насчитывает 5-6 активных членов. Я посмотрел историю развития клуба, и увидел, что динамического развития нет на протяжении 10-15 лет. К слову, в Финляндии теперь более 30 различных обществ, имеющих в названии слово «Ингрия» или «Ингерманландия», одно из «больших» и «влиятельных» обществ, состоящее из 25-30 человек, снабжено прилагательным «академическое». Но это не помогает. Я не первый решил посвятить время сему вопросу: что же мешает активному взаимодействию репатриантов?

Примеров тому много. После возвращения из Франции и Германии в 1778 году Д.И. Фонвизин оформил свои впечатления в «Записки первого путешествия». Разочарование от западного мещанства и рационализма в его размышлениях в основном социальном аспекте. В 1789-1790 гг. Н.М. Карамзин посетил Австрию, Швейцарию, Францию, Англию, встречался с И. Кантом, И. Гете, в Париже был свидетелем событий Французской революции. В «Письмах русского путешественника» прослеживается рефлексия будущего знаменитого российского историка. В XIX веке свои выводы предложили известные славянофилы, чтившие Запад как «страну святых чудес» (А.С. Хомяков), И.В. Киреевский, Ю.Ф. Самарин, Н.В. Гоголь, А.И. Герцен. Все это наследие нужно изучать неторопливо и вдумчиво; там много интересного. И все эти авторы лишь вскользь касаются вопроса духовного проникновения в различиях между Россией и Европой. А между тем теологическая составляющая во многом определяла и определяет жизненные ценности и ментальность, организацию социальных страт. Эти впечатления обновляет и выставка в Хельсинки.

Андрей КАШКАРОВ, специально для газеты «Выборг»

Читайте также

Имя*:

Отправляя форму, я даю согласие на обработку персональных данных.
* — Поля, обязательные для заполнения

0 комментариев