А не съездить ли нам в Лабытнанги? Это почти Арктика…

А не съездить ли нам в Лабытнанги? Это почти Арктика…
2056

Сегодня много говорят об Арктике – жизни, активном строительстве и военных приготовлениях за Полярным кругом. Думаю, не многие выборжцы бывали там, хотя, впрочем, выпускники авиационного технического училища нередко получали распределение в Заполярье и увозили туда своих выборгских жен. Меня в Лабытнанги занесло, как обычно, по воле случая: делать особо нечего, а ресурсы кое-какие имеются. Побывав на железнодорожном вокзале Выборга в преддверии нового года, изучив направления движения поездов, увидел необычный маршрут фирменного поезда «Полярная стрела» Москва-Лабытнанги. Задумано – сделано. И вот я в Вологде, где, сделав пересадку, оказался в поезде, следующем к месту назначения.

Семь лиственниц

Достойный внимания город Лабытнанги, что переводится как «семь лиственниц», стоит на берегу Оби, условно напротив Салехарда. Местное время опережает московское на 2 часа. Собственно статус города населенный пункт получил в 1975 году. Здесь 20 тысяч постоянных жителей. Город находится в арктической зоне, за ним, в сторону Карского моря, – снежные поля, пустоши тундры… Некогда поселок оленеводов, отошедших от кочевания (здесь раньше говорили «каслания») во второй половине ХХ века активно разрастался, благодаря решению правительства о деятельности «501 стройки» – в 1947-м году по распоряжению Сталина стали строить северный железнодорожный путь, дорогу в Арктике, которая должна была связать труднодоступные промышленные районы за Полярным кругом. После смерти вождя проект закрыли, но к тому времени дорогу «из России» до Лабытнанги силами заключенных успели достроить, и с тех пор сюда ходят поезда. Дальше, за вокзалом, вдоль железнодорожной ветки – только тундра. Но не все здесь «дышит» «зоной». Сюда приезжают из других регионов, в том числе вахтовики, на заработки – по статистике на Крайнем Севере самые высокие зарплаты в России.

На лыжах с детства

Городские дороги и жилые многоэтажки ничем особо не отличаются от таких же практически в любом областном центре русского севера. Во всяком случае, в Вологде и Архангельске они точно такие: местами кирпичная и многоэтажная застройка соседствует с деревянными частными домами. В центре Лабытнанги найдется десяток стандартных многоэтажек, построенных в последнее десятилетие. Но в основном застройка малоэтажная, включая хрущевки, сохранившиеся с времен 501-го проекта. Очаги цивилизации на центральных улицах — МФЦ, отделения нескольких банков, магазины. Есть вывески «грузинский лаваш» и «шаверма». На улицах мне посчастливилось увидеть дорожные работы, которые велись, несмотря на выпавший снег, – присказка о том, что асфальт в России укладывают на снег, чтобы он скорее растаял, – и тут как нельзя кстати. Маленькая деталь: среди рабочих я увидел лица исключительно славянского типа.

Наличие знаменитого родственника, хотя и дальнего – биатлониста и чемпиона Юрия Кашкарова – научило меня разбираться в околоспортивных вопросах. Оказывается, русский север от Лабытнанги до Вологды и Югры дал России несколько перспективных имен, это и родившийся в вологодской деревне Данилково Анатолий Алябьев, и олимпийские чемпионки, выпускницы местной биатлонной школы Альбина Ахатова и уроженка Лабытнанги Луиза Носкова.

Плюс на минус

Пенсия у местных мужчин (а их, по моему опыту, вполне можно разговорить даже в лютый мороз – общаются с новым человеком с охотой и в каждом втором видят московского дельца) – с 55 лет, значительная: почти никто из тех, с кем я разговаривал, уезжать в теплые края в ближайшее время не собирается. Удалось пообщаться со старым шахтером, переехавшим когда-то в Лабытнанги из Воркуты. В свои 68 лет (ровесник нашего президента) он подтянут, активен и моложав, занимается спортом и красит остатки волос на голове хною. Я поймал его на пробежке в морозец, представился ему официально и пристроился бежать рядом, в его ритме – удалось. Для хорошей пенсии, по словам моего собеседника, ему пришлось поработать всего 18 лет. Теперь он имеет «роскошную» квартиру в Петербурге, сдает ее в аренду и обеспечил материально, в том числе жилплощадью, безбедную жизнь своей дочке, проживающей с мужем в другом регионе. А сам «...вот, остался в Лабе, мне ничего не надо». Ну, конечно, не поверил я: тебе еще очень много чего надо, и это нормально, не зря ты так следишь за собой.

Следующее знакомство оказалось более перспективным. Молодые женщины, как и везде, менее охотно идут на контакт с незнакомцами, но в конце концов мы и с ними разговорились.

«А правда, что у вас самая высокооплачиваемая работа в России?» – познакомившись с сотрудницей банка, я не мог не задать этот типичный вопрос. За кофе с пирожным получил сведения о том, что «настоящих мужчин» мало, «а у нас все есть, но где же он?», а также что «у нас был самый высокий в СССР процент людей с высшим образованием на 1000 жителей». Мне поведали, что главная беда климатическая: мало солнца и холод, зимой сильнейшие морозы, метели и снега, летом одолевают полчища гнуса, мошки и комаров. Я лично убедился в том, что у большинства местных жителей, действительно, «интересная бледность» лица, и их сметанного цвета кожа значительно отличается от «смуглых» жителей рязанщины. Мой искренний и обоснованный совет регулярно пить в ситуации «ограниченного солнца» финский рыбий жир с витаминами А и D, восприняли как откровение свыше и законспектировали. Подарок в виде баночки Омега-3 оказал просто волшебное воздействие: я нашел хорошего информатора и перспективное знакомство.

Что касается плюсов и минусов жизни на севере, то я понял: зарплаты там действительно большие. Но не у всех: уборщица в торговом центре получает 45 тысяч рублей при пятидневной рабочей неделе, и это с учетом всех «северных» надбавок. Рядовой оператор банка – 85 тысяч. Однако, в сравнении с московскими зарплатами по некоторым профессиональным позициям, это не так уж и много. Но вот что я заметил еще: у местных жителей нет привычки одновременно работать на нескольких работах, а также увлекаться алкоголем. Может быть, для них это уже пройденный этап? А возможно, все дело в недостатке солнечной энергии, и именно поэтому человек становится более пассивен, как в делах, так и в мыслях, что в целом нередко присуще северянам, которые «ничего не хотят» больше того, что уже имеют. Но ведь и уезжать отсюда не хотят, а это кое-что, да значит. Во всяком случае миф о том, что «на севере пьют много» и «в провинции все мужики алкоголики» не соответствует действительности. Может быть, это бывало когда-то; теперь – другое. Даже в деревнях центральной России, которые я объездил, на вопрос, пьет ли муж, мне нередко с удивлением отвечали: «Зачем? Он работает».

Там, где зреют помидоры

Как хотите, а известное изречение «Три сосны и две яранги – это город Лабытнанги» в ХХI веке устарело. Да, тут нет пляжа. Но о нем и не думают. Да, холодно, причем большую часть года. Но железнодорожный вокзал, на мой взгляд, один из красивейших в стране. В Лабытнанги, с его развитой инфраструктурой можно долго жить: в нескольких детских садах и школах работают внутренние бассейны, дороги своим качеством вас не разочаруют. Научная деятельность, в основном, представлена действующим тут филиалом Уральского отделения Института экологии растений и животных РАН РФ. Рыбалка, в том числе на красивейшей реке Пур, незабываемая! Помидоры коротким летом вызревают под открытым небом. Черную смородину и хрен выращивают тут повсеместно. Как мне сказала не без гордости местная жительница, давно освоен новый формат стройки – компенсационный, поэтому город быстро развивается, и скоро не уступит столице Ямало-Ненецкого автономного округа, географически близкому Салехарду. В Лабытнанги есть местная газета и телевидение. Художники с мировыми именами видели эти края: Иван Шишкин – «На севере диком» и Михаил Лермонтов – «На севере диком стоит одиноко»…

О городских проблемах, как и везде, особо не откровенничают, но мне удалось убедиться, что старые здания почти не ремонтируют, они постепенно разваливаются, и там, где не было комфорта, – его нет и теперь, ну а в новостройках условия жизни не хуже московских. Есть проблема: качественных очистных сооружений нет, и продукты жизнедеятельности ассенизаторскими машинами сливаются в озера, соединяющиеся с Обью.

Закончу эти свои путевые заметки известной истиной: не всем в больших городах жить. Незабываемая Арктика, предтечей которой для меня стал город Лабытнанги, развивается. Строят дорогу до Ноябрьска, до Нового Уренгоя, выход к Тюмени, и далее. Здесь очень красивая природа. Русский север, диктующий свои условия и несомненно закаляющий волю человека, удивителен. Но лучше убедиться в этом на собственном опыте

Андрей КАШКАРОВ 

Читайте также