К 80-летию Советско-финляндской войны: Незнаменитая, скоротечная и кровавая

1194

Сейчас Россия и Финляндия – добрые соседи, но из истории, как из песни, слов не выкинешь… В Зимней войне, начавшейся 30 ноября 1939 года и закончившейся по мирному соглашению сторон 14 марта 1940 года, гибли многие и многие. Один из них, Василий Иванович Ильин, покоится в братской могиле поселка Черкасово Гончаровского поселения.

Краевед Борис ШУЙСКИЙ хорошо знает историю этого человека, близкого его семье. Судьба берегла сапёра Ильина все 105 дней войны, не пометила его ни пулей, ни осколком. Когда противник уже покинул подступы к Выборгу, наши сапёры приступили к разминированию железной дороги со всеми путями и сооружениями: необходимо было как можно скорее наладить сообщение с Ленинградом и восстанавливать завоёванный город.

Старая фотография

– На этом фото 1936 года улыбающиеся счастливые лица членов семьи моего отца, но его нет, он на учениях. Девочка в пионерском галстуке – моя сестра Люся, ей 13 лет. Наде – 11, самой маленькой, Гале – 3 годика (сейчас 85). Та, что в галстуке - моя сводная сестра Людмила Александрова. Стоит жена моего отца, Серафима Гавриловна. Сидят: её сестра Вера и их мама, отцовская тёща. А мужчина, который стоит, - это муж Веры, Василий Иванович Ильин, который погиб при разминировании станции Сяйниё (Верхнее Черкасово – ред.). Вот про него-то мне и хочется рассказать.

Снимок этот сделан в Боровичах, откуда родом мой отец, ещё до войны вся его семья перебралась в Елизаветино. А отца, прошедшего всю блокаду и войну, направили в 1946-м в совхоз «Заводской» Гатчинского района. Это в 25 километрах от поселка Елизаветино, если добираться по прямой на лыжах через лес, в котором он охотился со всеми фигурантами Ленинградского дела. До войны отец дружил с Капустиным, Попковым, Штыковым, Кузнецовым. В феврале 1949-го отец умер, видимо, поэтому и не попал под репрессии.

Вера Гавриловна была заведующей Елизаветинской аптекой всю свою оставшуюся жизнь. Самое удивительное, что я близко знаком с помнящей её блокадницей Галиной Максимовной Рыбаковой, которая с семьёй до войны снимала дачу в Елизаветино.
Перед Финской войной у Веры и Василия родилась дочь Галина. Она сейчас живёт в Новгороде, долго искала могилу отца.

Неожиданно пришла повестка...

– Я на Карельском перешейке живу почти 70 лет, и ещё в детстве наслушался рассказов о случайных подрывах на минах, что были тут и там. Заминированы были дороги, мосты, рельсы... Везде таилась смерть.

В мае Вера Ильина получила извещение о том, что её муж погиб при выполнении боевого задания командования. А следом пришло письмо от однополчан, которые рассказали о подробностях гибели ее мужа.

Отделение минёров, которым он командовал, проверило все железнодорожные пути, все пристанционные здания и сооружения. По рельсам в Выборг уже шли эшелоны с досками, цементом, рубероидом и другими стройматериалами. В теплушках и пассажирских вагонах привезли тех, кому предстояло восстанавливать Выборг. Но минёры весь световой день неустанно вонзали в землю щупы, выискивая неразорвавшиеся боеприпасы и спрятанные мины. Взрывали их и снова искали.

По мостику через водосточную канавку у железнодорожной станции к тому времени прошли уже сотни людей, но заглянув под мост, саперы обнаружили мину, соединенную с другой. Когда из одной извлекли взрыватель, взорвалась вторая. Погибли все…

Сколько слёз выплакала молодая вдова по Василию, теперь никто не узнает. Замуж она больше не вышла, хотя происходила из рода богатых новгородских купцов Марфиных, в семьях которых всегда было много детей. Жизнь посвятила воспитанию дочери…

Братская могила

– Саперов похоронили в 1940-м рядом с местом подрыва, там и сегодня братская могила. Но долгое время на надгробной плите не было фамилии младшего командира Василия Ильина. Имен тех, кто погиб вместе с ним, и сейчас, к сожалению, нет.

Летом 1940-го года Вера поехала искать могилу мужа. В Выборге тогда установили особый режим, и попасть туда было не просто трудно, а невозможно. Но Вера преодолела все преграды и добралась до нынешнего поселка, который мы теперь знаем как Верхнее Черкасово. Оттуда она привезла две фотографии, сейчас они совсем выцвели и потеряли первоначальный вид. На одной изображён вокзал и семафор (их давно уже нет), а на другой – пирамидка на братской могиле и железнодорожная платформа на заднем плане… В Великую Отечественную здесь снова лилась кровь, снова гибли солдаты. Погиб в боях за Выборг и майор Черкасский, в честь которого позднее были названы станция и поселок. И многие нашли своё последнее пристанище в братской могиле у железнодорожной платформы Верхнее Черкасово…

Когда Галина Ильина узнала о том, что я занимаюсь краеведением и поисками следов погибших на Карельском перешейке, она попросила меня помочь найти могилу отца. И я нашел имя Василия Ильина в Книге Памяти.

Так и появилась на могиле в Черкасово фамилия человека, который был там похоронен первым. Спасибо за добрые дела председателю Выборгского совета ветеранов Владимиру ОСТАПЧУКУ и его помощницам. Галина побывала на могиле отца, и сердце её, наверное, успокоилось. Да и моё – тоже. Но сколько ещё у нас забытых, не похороненных по-человечески солдат, заслуживших лучших почестей…

Записала Ольга НАБАТОВА

Читать все статьи автора Ольга Набатова

Читайте также

Имя*:

Отправляя форму, я даю согласие на обработку персональных данных.
* — Поля, обязательные для заполнения

6 комментариев