МОНРЕПО ОТ А ДО Я. ОСТРОВ ПАЛАТКИ
Парк Монрепо расположен на северном берегу большого острова, который носит название Твердыш, и на крошечных островках, отделенных от основной части парка узкими протоками. В восточной части парка такие острова образуют архипелаг: они расположены близко друг к другу и соединяются между собой легкими мостиками. Один из этих островов носит название “остров Палатки”.
Только оказавшись в этой части парка, посетитель Монрепо может в полной мере оценить значение воды в парковом пространстве. Весь парк с усадебным комплексом открывается перед нами. Обратившись на запад, мы видим почти безбрежную перспективу открытой воды. Вдалеке начинается современное русло Сайменского канала. А в XIX веке канал проходил прямо здесь, у берегов Монрепо, и корабли следовали из Выборга в Финляндию мимо прибрежных островов.
Необычное название острова напоминает нам о сооружении, которое некогда было расположено здесь, но до наших дней не сохранилось. Это Турецкий шатер или Турецкая палатка – характерная деталь садов эпохи Просвещения. Любование экзотикой Востока и память о победах русского флота в войнах с Османской империей нашли самое широкое отражение в культуре и быту. Турецкие бани, оттоманки с мягкими валиками, заменившие жесткие диваны, дамские головные уборы в виде тюрбанов – все это было лишь небольшой частью стиля “а-ля-тюрк”, завоевавшего Европу. Воплощением и наивысшей точкой этого стиля стало оформление зала Совета в Мальмезонском дворце императрицы Жозефины, супруги Наполеона Бонапарта.
Впервые садовый павильон, имитирующий турецкую походную палатку, появился в 1738 г. в английском парке Пейнсхилл, принадлежавшем знаменитому лорду Чарльзу Гамильтону. От этого павильона, установленного на вершине холма, открывалась панорама парка с искусственным озером, гротами, водопадами и стилизованными руинами. Турецкий шатер в Пейнсхилле, сохранившийся до наших дней, стал прообразом всех сооружений подобного типа – и в Англии, и в других европейских странах.
Впрочем, нельзя говорить о том, что все турецкие шатры в садах слепо копировали первоначальный образец. Речь, скорее, идет об использовании образа – не всегда точного и понятного, но неизменно экзотического. Самые оригинальные турецкие шатры были возведены в королевском парке Хага в Швеции. Их деревянные конструкции были обиты листовой медью и ярко окрашены. До наших дней из трех первоначальных шатров Хаги сохранилось два.
В Российской империи интерес к турецкому стилю был связан не только с европейской модой. Русско-турецкая войне 1768–1774 гг., завершившаяся завоеванием крепостей Крыма, Азова и Кабарды, прославила имена Суворова, Румянцева и Орлова. Сражения при Чесме и Кагуле стали символом побед русского оружия – на море и на суше. Неслучайно старейший Турецкий шатер в императорских садах России был установлен в 1770-х гг. в Гатчинском парке рядом с Чесменским обелиском. Большой круглый в плане шатер был предназначен для “кушания на свежем воздухе”. В конце XVIII в. знаменитый художник и декоратор Пьетро Гонзага расписал его изнутри и снаружи: по белому фону вертикальными голубыми полосами. Издали деревянное сооружение казалось затянутым полосатой тканью.
В Павловском парке, где располагалась резиденция великого князя Павла, турецкий шатер проектировал также Гонзага. К сожалению, до наших дней не сохранились ни павловский, ни гатчинский павильоны.
Создавая план парка в Монрепо, Людвиг Генрих Николаи часто ориентировался на павловские и гатчинские образцы. Как личный секретарь великого князя он по службе имел дело с архитектурными проектами и имел возможность наблюдать за строительными преобразованиями в парках Павловска и Гатчины. Барон Николаи был лично знаком с Гонзага, который приезжал в Монрепо и работал над проектом задуманного Николаи замка-руины. Вероятность того, что именно проект Гонзага был использован как основа при строительстве Турецкой палатки в Монрепо, очень высока.
В семейной переписке баронов Николаи Турецкий шатер впервые упомянут в 1804 г. - уже как сооружение, нуждающееся в том, чтобы его покрасили заново. Таким образом, его появление следует отнести к концу 1790-х гг. Судить о том, как выглядел шатер, мы можем по акварели К.Ф. Кристенсена, выполненной в 1830 г.: на ней мы видим деревянный павильон, установленный на выровненной площадке на самом берегу острова. Круглый в плане шатер расписан широкими горизонтальными полосами, а в верхней части сооружения полосы расположены вертикально, постепенно сужаясь по направлению к вершине шатра. Палатку венчает тонкий шпиц, украшенный полумесяцем. Единственный вход в шатер обращен в сторону воды. Вероятнее всего, полосы были синие по светлому фону. Изнутри, через вход в павильон, можно было увидеть только море. Не будем забывать, что для парков английского типа, к которым принадлежит Монрепо, дальние виды и перспективы имеют первостепенное значение. Мастерство архитектора заключалось в умении направить взгляд посетителя парка на выбранный объект, превратить вид в подобие живописного полотна. Контраст, создаваемый переходом от направленного, ограниченного стенами павильона вида на море к широкой перспективе парка и усадьбы должен был производить сильное впечатление.
Местным жителям это экзотическое сооружение, вероятно, казалось барской причудой. Выборжане без особого почтения и безо всякой связи с Востоком окрестили Турецкую палатку в Монрепо “кадушкой для теста”.
Как ни странно, этот деревянный павильон в Монрепо просуществовал дольше, чем его прообразы в Гатчине и Павловске. В 1935 г. один из посетителей, гулявший по Монрепо осенним вечером, в сгущавшихся сумерках, записал свои впечатления: “От подножия холма два белых изогнутых мостика ведут на искусственный остров, а оттуда, через металлический мост – туда, где стоит “Турецкий шатер”; от него прекрасный вид – но сейчас ничего не видно. Шатер снаружи совсем почернел, а внутри недавно окрашен». Сохранилось несколько фотографий 1930-х гг., подтверждающих это описание: на потемневшем от влаги дереве едва различимы полосы, а об экзотике Востока напоминает только полумесяц на шпице. Окончательно утрачен павильон был, вероятно, в 1940-х гг.
Совсем недавно на Палаточном острове появилась “Скамейка счастья”. Ведь по-прежнему самые красивые закаты и лучший вид на парк Монрепо открывается именно с этого острова.
Юлия МОШНИК, заведующая научно-исследовательским отделом ГИАПМЗ “Парк Монрепо”
Читайте также
-
Ветеринарам – новый автотранспорт, а нам – музей истории ветслужбы
-
Делегация выборгских ветеранов достойно представила район на «Ветеранском подворье» во Всеволожске
-
В Ленобласти свыше 5 тысяч водителей временно лишились прав из-за долгов
-
В Финляндии разрабатывают меры по привлечению студентов и рабочей силы
-
Министр просвещения РФ Сергей Кравцов показал новые учебники по истории
-
В Гатчине область отметила X юбилейный Межрегиональный этнокультурный фестиваль «Россия – созвучие культур»