Из школьных окон был виден Исаакий…

Со старого снимка смотрят на нас тридцать восемь девочек и учительница. Лица у второклассниц серьезные, не по возрасту взрослые, что неудивительно: снимок сделан в 1942 году в блокадном Ленинграде.

Фотографию эту бережно хранит Валентина Григорьева ШУМОВА, бывшая ученица 2-а класса школы №239 (на снимке она по правую руку от учительницы Анастасии Васильевны Шалышкиной).

– Здание школы, построенное по проекту Монферрана, находилось на Адмиралтейском проспекте, 12, сейчас там гостиница. Окна нашего класса выходили на Исаакиевский собор, школа была одной из немногих, действовавших в блокаду, – вспоминает Валентина Григорьевна. – В ту холодную зиму мы занимались в верхней одежде, разделись только для того, чтобы сфотографироваться.

Учебный процесс проходил обычно, урок длился 45 минут. Писать было трудно, потому что в чернильнице-непроливашке, вставлявшейся в парту, чернила замерзали – тогда нам разрешали писать карандашом. Помню, что домашнее задание выполняли на газете, писали между строк – с бумагой было трудно.
Конечно, никакой школьной формы не было. Мне мама сшила платье из папиной фланелевой рубашки розового цвета, хотела выкрасить его в коричневый, но получился зеленый цвет. А для фартука разрезала черный зонт.

Помню преподавателя физкультуры Дмитрия Александровича Лобыселича, который во вторую блокадную зиму выводил нас на лыжах в Александровский сад и на каток в институт имени Лесгафта.

Среди моих одноклассниц на фото Нина Травникова, отец которой был заведующим кафедрой в академии транспорта на стрелке Васильевского острова, Ирина Ларихина, ставшая потом актрисой в Новосибирском театре оперетты, Регина Дробязгина – будущая певица, а Раиса Дулатова стала стюардессой на круизных судах. Последний раз организатор наших встреч одноклассников Антонина Куликова собрала нас лет пятнадцать назад...

Класс был дружный, девочки помогали друг другу не только в учебе. Моя соседка по парте Марина Кузьмина часто делилась со мной принесенным из дома завтраком, говорила, что эта порция для нее слишком велика.

Хоть и жили в тяжелых условиях, но многие увлекались театральными постановками: все это происходило или в гостиной у Иры Ларихиной, где был белый рояль, или во дворе дома, где жила наша соученица Алиса Фрейндлих. Она выносила красивые покрывала, которые мы надевали на себя, изображая разных персонажей. Хорошо помню: когда по сигналу сирены все спускались в бомбоубежище, Алиса вставала на табуретку и читала нам стихи…

Многие сегодня говорят, вспоминая то время, что часто выжить помогала необходимость поддерживать других людей. Так, Валентина Григорьевна рассказывает, что в одной парадной с ней жила сестра революционерки Конкордии Самойловой, именем которой названа кондитерская фабрика:

– Мы ее звали Зиночка, хотя это была престарелая дама, она носила длинный до пола салоп, на голове шляпку, ходила в пенсне. Я приносила соседке спецпитание в судках из столовой, к которой она была прикреплена.

Когда блокаду сняли, то все, кто мог, вышли на улицу, вечером отправились на Василеостровскую стрелку – казалось, что там весь город собрался, был салют боевыми сигнальными ракетами, с них падали цепочки, которые подбирали мальчишки.

Мы выжили благодаря родителям, это их подвиг, конечно…

Ольга НАБАТОВА

Имя*:

Отправляя форму, я даю согласие на обработку персональных данных.
* — Поля, обязательные для заполнения

0 комментариев