ЖЕНА ПОГРАНИЧНИКА

ЖЕНА ПОГРАНИЧНИКА
ЖЕНА ПОГРАНИЧНИКА ЖЕНА ПОГРАНИЧНИКА
Девочке Жене было девять лет, когда отец ушел на фронт. Большая семья осталась в Кировской области; туда, по счастью, не докатились бои, но, как и вся страна, маленький колхоз, где трудилась мать, работал лишь ради одной цели – всё для фронта, всё для победы. Местных девчонок, по мере подрастания, колхозное начальство отравляло учиться в ФЗУ (фабрично-заводское училище). Женя уже после войны выучилась на ткачиху и попала по распределению в Иваново. К тому времени мама перебралась к родным в Ленинград, и девушка приезжала к ней погостить.

А тем временем бравый фронтовик, прошедший войну, участвовавший в освобождении Ленинграда, Польши, Украины, встретивший День Победы в Германии и воевавший с басмачами на пограничной заставе в самой южной точке СССР – в ста километрах от Кушки – тоже приехал в Ленинград на побывку. Соседка рассказала: "К Наташе приезжала дочка, уж такая хорошая, вот бы тебе такую в невесты"... Уже через год Иван Вохмянин увёз молодую жену в Кушку.

Добирались две недели, рассказывает Евгения Васильевна, поезда ходили медленно. От Кушки до высокогорной заставы (почти пять тысяч метров над уровнем моря) ещё сто километров. Первое жильё – маленькое строение, крытое камышом, с цементным полом. Из мебели – солдатская ржавая кровать с сеткой, провисшей до пола. Первую ночь они провели втроём: автомат, Иван и Евгения…

Один за другим родились Саша и Андрей. Однажды соседки позвали Женю за водой. Саша ползал рядом с матерью, она и не заметила, как малыш наглотался камешков. К ночи случился прис-туп. В ближайшей округе ни врачей, ни лекарств. С ребенком на руках она побежала искать помощь. В темноте упала в яму, к счастью, неглубокую, всего около трёх метров; рядом копали колодец, и уже была пройдена отметка в тридцать метров. Испугавшись, что свалилась именно в колодец, молодая мать в последнюю секунду изловчилась отбросить сына от себя. Всё обошлось: на крик малыша сбежались спасители, подали палку и вытянули женщину. Ребёнок тоже был спасён.

Младший, Андрей, тоже хватил лиха. Однажды, когда вся застава ушла по тревоге на границу, в окошко их дома чуть было не влез вооруженный басмач. Двухлетний малыш от испуга перестал разговаривать. Первым словом спустя пять лет стало слово "шарик". "Уж как мы радовались этому шарику!", - вспоминает она, как будто это было вчера…

А муж пропадал на границе. Его белый конь был приметным для басмачей, охотившихся в первую очередь на офицеров. И семья жила в постоянном напряжении и переживаниях за своего защитника.

Питались однообразно: в наличии были крупы, сухофрукты, даже овощи, но сушёные. Дети не видели ни настоящего яблока, ни картошки. В окрестностях паслась отара, по одному барану в день давалось на всю заставу численностью более восьмидесяти человек, в том числе и на семьи с детьми. Норма воды на день – ведро: и еду готовить, и чай, и детей купать, и пелёнки стирать…

Невероятные лишения, испытания и трудности службы на самой южной заставе семья стойко переносила десять лет. Недостаток кислорода, скудное питание, проб-лемы с детьми, переживания за мужа. Да ещё и провокации со стороны особого отдела, заводившего свои "особые дела" на каждого офицера, на всякий случай, чтоб в любой момент можно было заработать звёздочку на погоны, объявив неугодного врагом народа. К счастью, это был уже 52-й год, за ним – 53-й, потом система сама собой развалилась, а "дела" были уничтожены.

В 62-м Вохмяниных перевели на заставу в 25 километрах от Торфяновки. Сообщение с миром - телефонное и гужевое. Зато вокруг леса и озёра – полная противоположность опостылевшему пустынному высокогорью, поэтому и полюбились сразу эти края. Кстати, на заставе доводилось принимать дорогого гостя – первого космонавта планеты Юрия Гагарина. Евгения Васильевна бережно хранит черно-белые снимки, где в первом ряду по обе стороны от Юрия Алексеевича сидят ее сыновья, она сама и Иван Николаевич. А вот Гагарин с охотничьими трофеями – подстреленными зайцами.

Спустя четыре года Вохмя-нина перевели в Клайпеду; Ивана Николаевича называли начальником Куршской косы – это уже самая западная точка страны. Евгения Васильевна устроилась телефо-нисткой на коммутатор в пограничном отряде. Рассказывает, как подшучивала над дежурным по заставе: "Вызывает "круча" (это такой позывной). Срочно начальника!" Дежурный мчался опрометью за начальником, которому любимая "круча" докладывала, что прибудет на выходные. Потом ехала на пароме, на пограничном УАЗике больше тридцати километров до заставы…

В общей сложности Иван Вохмянин отдал Государственной границе Советского Союза двад-цать девять лет, вышел в отставку в звании подполковника. Но и после отставки продолжал служить делу своей жизни: преподавал военные дисциплины в университете. В конце 80-х они переехали в Каменногорск – потянуло в озёрный и лесной край. В счастье и согласии они прошли рука об руку пятьдесят четыре года, до последнего дня Ивана Николаевича.
Имя*:

Отправляя форму, я даю согласие на обработку персональных данных.
* — Поля, обязательные для заполнения

0 комментариев