ЮРИЙ ПОЛЯКОВ: ХОРОШАЯ ПЬЕСА ПИШЕТСЯ ДОЛГО

ЮРИЙ ПОЛЯКОВ: ХОРОШАЯ ПЬЕСА ПИШЕТСЯ ДОЛГО
ЮРИЙ ПОЛЯКОВ: ХОРОШАЯ ПЬЕСА ПИШЕТСЯ ДОЛГО ЮРИЙ ПОЛЯКОВ: ХОРОШАЯ ПЬЕСА ПИШЕТСЯ ДОЛГО
"Проблема сегодняшней драматургии в том, что многие кинематографисты делают искусство из искусства, то есть не придумывают своё, а пользуются идеями, придуманными до них. А искусство нужно делать из жизни. Правда, здесь готовой формулы нет, каждый мыслит по-своему…", - считает писатель, драматург, сценарист, журналист и просто отличный рассказчик Юрий ПОЛЯКОВ, встреча с которым в рамках недавнего кинофестиваля прошла в библиотеке Алвара Аалто.

Он активно работает как прозаик, пишет романы, один из последних – "Гипсовый трубач" - готовится к экранизации. Практически все произведения нашли отклики у театральных режиссёров, у кинематографистов. Достаточно сказать, что только в Москве по пьесам Полякова идут спектакли в шести театрах. Но основным своим занятием он считает все-таки журналистику. Напомним, что в своё время Юрий Поляков вёл передачу "Контекст" на канале "Культура" и уже 15 лет возглавляет "Литературную газету". По его мнению, нынешняя журналистика, которая пишет о культурных процессах в стране, недостаточно объективна, во всяком случае советская литературная и театральная критика была более честной с точки зрения эстетического и художественного анализа, и менее ангажированной.

- Вы всегда соглашаетесь на экранизацию своих произведений?

- Как правило, соглашаюсь, потому что для сценариста неудачный фильм – это катастрофа, ведь о том, что у него был хороший сценарий, никто не узнает. Писатель же выигрывает в любом случае, независимо от того, получилась экранизация или нет: зрителю захочется прочитать первоисточник - а вдруг он лучше? Единственное, что я не приемлю, когда режиссёры до неузнаваемости переделывают известные произведения. Так случилось с моей повестью "Сто дней до приказа". Когда я увидел черновой вариант, сразу отправился к руководству студии: из моей повести сделали авторское кино! А в те времена было жёсткое правило: если сценарист против, фильм отправлялся на полку. Один из руководителей студии мне говорит: "А вдруг режиссёр станет великим? Ведь через годы тебе припомнят, что первый его фильм зарубил именно ты". Короче говоря, не стал я связываться с этим делом: руководитель студии был моим приятелем, а из-за этого прецедента его могли снять с работы. Кстати, многие режиссёры стараются осовременить пьесу в экранизации. На мой взгляд, этого не нужно делать: ну, разве можно переместить, скажем, удивительную историю "Покровских ворот" в наши дни? Согласитесь, ушло бы из картины многое.

Важно, на мой взгляд, и то, чтобы режиссёр понимал, что он снимает. Чтобы экранизация повести или романа состоялась, режиссёр должен жить в эпохе, о которой идёт речь. Ну не может снять правдивый фильм о советском периоде современный кинематографист, даже, если он досконально изучит историю. В моей практике был такой случай: экранизировали повесть "Замыслил я побег". Молодой талантливый азербайджанский режиссёр умудрился в помещениях райкома 50-х годов установить бюсты и портреты Карла Маркса. "Где ты видел в райкоме Маркса?", - удивился я, на что он ответил: "А что, разве их там не было?". Или другой пример: один известный молодой драматург на вопрос, какие он изучал источники для написания пьесы о Екатерине Великой, ответил: "Я написал пьесу о том, как я себе представляю эпоху Императрицы".

- Свой взгляд на состояние современной критики в целом вы уже изложили, а можете ли назвать издания, в которых литературная или театральная критика на высоте?

- Думаю, что сегодня правильнее ориентироваться не на издания, а на конкретных авторов. Даже в нашей газете бывает, что мне фильм или книга не понравились, а один из моих авторов их хвалит. Но я никогда не навязываю своё мнение. Если же решительно не согласен с позицией автора, то через некоторое время даю возможность кому-то высказать и другую точку зрения. В газете "Культура" прежних времен я был не согласен со многими рецензиями, сейчас руководство издания сменилось - будем надеяться, что-то изменится. Кстати, в своё время, после выхода в "Комсомольской правде" моей статьи "Позиция умерла, да здравствует оппозиция", для некоторых литературных изданий я как прозаик вообще перестал существовать. Меня раскритиковали полностью! Даже любимая мною "Литературная газета" не печатала меня вплоть до момента, когда я пришёл в неё работать редактором. А режиссёр "Ленкома" Марк ЗАХАРОВ, обидевшись на наши публикации в газете, решительно отказался от моей пьесы, несмотря на то, что она ему понравилась. Это к вопросу об объективности…

Вообще, скажу я вам, скрыть истинные чувства критика или журналиста, а тем более телевизионного, невозможно. Однажды на телевидении у меня был такой случай: еду в студию и вспоминаю, что не выключил чайник… Вернуться нельзя: прямой эфир… В студии в гостях у меня был известный режиссёр - я, как положено, вёл с ним беседу, задавал вопросы. После эфира ко мне подошёл директор: "Юра, что с тобой сегодня случилось? Ты всё время о чём-то думал, причём, не о том, о чём говорил"… Так же и в критике: если рецензент хвалит или разносит какую-то пьесу по заказу, это видно…

- Сколько времени занимает у вас работа над пьесой?

- Хорошая пьеса пишется долго, у меня на каждую уходит минимум полтора года. Причём, сразу над несколькими я не работаю. А ещё я придерживаюсь принципа: не садиться за сюжет сразу. Его надо иметь в голове год-два, если сюжет незамысловатый, он выветрится, если же продержался в голове автора долго, то он точно также зацепит и читателя, зрителя.

- Не кажется ли вам, что сегодня слишком много молодых драматургов и сценаристов, переписывающих классику на современный лад?

- На мой взгляд, за нее берётся чаще всего тот, кто считает, что в своём творчестве поднялся до таких высот, когда может на равных говорить с классиком. Увы, нередко к классике обращаются, когда нет своего. Но это не искусство…
Имя*:

Отправляя форму, я даю согласие на обработку персональных данных.
* — Поля, обязательные для заполнения

0 комментариев