ТРИ ОТКРЫТКИ

Открытка вторая
У человека, незнакомого с Полянами, эта почтовая карточка вызовет те же чувства, какие испытал Пётр Алексеевич Романов, стоя на берегу пустынных волн. Пусто, уныло и безрадостно. Но приют убогого чухонца виден только у самого левого края открытки. А по центру её - роскошная усадьба столичного богатея. Снято, правда, в апреле, без зелени и солнца. Так что без ярких красок. Всё растаяло, но лёд ещё стоит, с него и сфотографирована Юля-Хови. Так она называлась - Верхняя Дача. Все строения в одной изгороди, стало быть - владелец один. Кто он? Не ведаю, потому что все архивы до 1939-го года если и есть, то в Финляндии. А мне так уже и до Петербурга-то доехать в тягость, не то что до Миккели.
А вот тогда, в 1904-м году, неведомая Маруся, путешествуя по Финляндии, завернула в Уусикиркко и оповестила офицера Московского Гвардейского полка Николая Павловича Александрова о своих дальнейших планах. По адресу Фонтанка, 90 как раз и размещались казармы и офицерские квартиры этого полка. И Фельдъегерский корпус, видимо, тоже. Так чем же прельстила меня эта открытка? А тем, что целых пять лет из окон Полянской восьмилетней школы я имел возможность созерцать этот бугор с добротными строениями. Но тогда, в пятидесятых-шестидесятых годах, на этом месте уже были совхозные парники. А где же им ещё быть, как не тут? А всё потому, что через четыре года после отправки Марусиного письма в Уусикиркксий почтовый ящик, вся эта усадьба стала сельскохозяйственной школой. В ней учили местную молодежь искусству обращения с землёй, чего так не хватало совхозным и колхозным работникам, а сегодня уже и земля в качестве кормилицы никому не нужна. Какое уж там агротехническое искусство: перепродать бы какой лишний пай или участок подороже питерским - вот и вся наука о земле. Кстати, и тот столичный дачник грядками был не обременён, их на фото не видно. А вот банька имеется. Причём русская, с трубой и мостками, стало быть топилась не по-чёрному. Я-то в младенчестве поизмазывался в саже карельских бань, топившихся без применения дымовых труб. Зато, говорят полезнее, да и озеро при бане этой есть, отмоешься. А рядом ещё и купальня с пирсом для лодок. Глубина там, правда, сантиметров пятьдесят, я там раков всегда ловил, но сто лет тому назад может и поглубже было. Там, где стоит на фото баня, и левее её, сейчас растут ольхи, сантиметров в тридцать диаметром. Лет пятьдесят назад они были вдвое тоньше тех деревьев, что запечатлены на открытке. По какой причине владелец продал усадьбу местным властям, понятия не имею, но начиная с 1908-го года в эти дома въехали ученики Сельскохозяйственной школы. Они-то и раскопали под огороды весь этот бугор и все соседние, как вправо, так и влево. Места под классы скоро тоже стало не хватать. В 1923-м году среднее строение поэтому снесли и на его месте построили ещё одно двухэтажное учебное здание. Его открыли с большой помпой, и отчёты о том мероприятии есть во всех книгах по истории финской Уусикиркко. Во всяком случае, в трёх, что имеются в Полянской библиотеке, - есть точно.
Фундаменты крайних домов из валунов сохранились. А на бетонном фундаменте, что на месте среднего дома, мой закадычный друг Лёня Малов будучи совхозным прорабом построил школьный спортзал. Но тот сразу сгорел, не успели дети даже разминку провести, не то что позаниматься.
За крайним левым домом в двадцатых годах построят отапливаемую оранжерею и теплицу, в которой даже ещё в советское время выращивали рассаду на поля, а после неё - огурцы. Их потом продавали рабочим совхоза "Поляны" и даже возили куда-то в рестораны побережья Финского залива.
За домами поместья проходит шоссе Выборг - Териоки; перед самым левым домиком его чуть видно. Сейчас напротив этого жалкого строения по направлению к озеру идёт дорога. Она подходит ещё к одной богатой даче - Нижней, или Ала-Хови. Владелец её куда-то сгинет после 1918-го года, сама богатая дача в 1929-м году сгорит дотла, а на её месте всего за год построят Школу домохозяек. В финской Уусикиркко с народным образованием всё было в порядке. Кроме этих двух учебных заведений были и две общеобразовательных школы - начальная и средняя. А при церкви ещё была и конфирмационная, религиозная школа. Через пять лет после войны каменное здание Школы домохозяек отремонтировали, и в него переехала Полянская семилетняя школа. В 1961-м году она стала восьмилетней, её-то я и закончил в 1963-м году. Кстати, на одни пятёрки закончил и даже помню таблицу умножения, хотя склероз крепчает. А внук мой не помнит, хотя и склероза нет. Учили по-другому, и у финнов - тоже.
Из-за вершины бугра, правее главного усадебного дома, высунулась вершина молодой ели. Сейчас ей лет под двести. Около неё в начале 20-х открыли почтовое отделение, но его из-за бугра было бы не видно. А там, где правый край открытки, было похоронное бюро и гробовых дел мастерская Викстрёма. В 1904-м году почта была рядом с тем местом, откуда снимался вид на первой открытке. Туда, где начиналась дорога к виду с третьей открытки, и отнесла своё письмо прелестная Маруся.
Там, на дороге, опоясывавшей холм Кокоринмяки, и было на рубеже веков почтовое отделение. И почтарь там жил. А письмо, судя по штемпелю, отправленное 8-го июня, 11-го того же месяца читал любезный Николай Александров. Однофамилец моего отца, а может даже родственник. Готов поспорить, что за три дня вы даже не поймёте, есть ли в Полянах почта, как таковая, и может ли она за три дня доставить открытку в Петербург? Да и вообще, может ли? Но это уже совсем другая тема.

Приобрести последнюю книгу Бориса Шуйского можно в музее Военной истории Карельского перешейка на Прогонной, 7.
Имя*:

Отправляя форму, я даю согласие на обработку персональных данных.
* — Поля, обязательные для заполнения

0 комментариев