МОНРЕПО В РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ

МОНРЕПО  В РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ
МОНРЕПО В РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ МОНРЕПО В РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ

История Монрепо и его владельцев многими нитями связана с русской культурой, и подчас - весьма неожиданным образом. Так, например, существует любопытный и до сих пор малоисследованный сюжет “Монрепо в русской литературе”. В нашем сегодняшнем рассказе встретятся знакомые имена и названия, которые, однако, потребуют комментария. А начнем мы с книги, которая по справедливости считается хрестоматийной и для детей, и для взрослых.

Речь идет о знаменитой повести Юрия Николаевича Тынянова “Кюхля” (1925), рассказывающей об удивительной и трагической судьбе замечательного русского поэта и декабриста Вильгельма Карловича Кюхельбекера (1797–1846). “Кюхлю”, казалось бы, читали все, однако все ли читатели помнят, что уже на первой странице “повести о декабристе” (это авторский подзаголовок) нам встречается не кто иной, как барон Николаи? 

Итак, Кюхельбекеру идет четырнадцатый год. Его мать, Устинья Яковлевна, собирает в Павловске семейный совет, чтобы решить дальнейшую судьбу сына. Дадим слово Тынянову: “…был приглашен маленький седой старичок, друг семьи, барон Николаи. Старичок был совсем дряхлый и нюхал флакончик с солью. Кроме того, он был сластена и то и дело глотал из старинной бонбоньерки леденец. Это очень развлекало его, и он с трудом мог сосредоточиться. Впрочем, он вел себя с большим достоинством и только изредка путал имена и события. 

- Куда определить Вильгельма? <…> 

- В военную службу, в корпус, - сказал вдруг барон необычайно твердо. – Вильгельма в военную службу. <…>

- Военная служба для молодых людей - это все, - веско сказал барон, - хотя я сам никогда не был военным... Его надо зачислить в корпус. 

Он достал бонбоньерку и засосал леденчик”.

Описание Тынянова явно ироничное. “Барон Николаи” - “дряхлый старичок “с леденцами” и путаницей в голове. Но каким образом на семейном совете Кюхельбекеров мог оказаться барон Николаи? И главное - что это за Николаи? Быть может, это всё - авторский вымысел?

Не совсем. Упоминаемый Тыняновым Николаи - это действительно барон Людвиг Генрих Николаи. В 1811 году, когда В. Кюхельбекеру шел четырнадцатый год, он уже давно был в отставке и жил попеременно в Монрепо и Петербурге. А с семейством Кюхельбекеров Николаи был знаком к этому времени уже многие годы. Дело в том, что отец будущего поэта-декабриста, Карл Кюхельбекер (1748–1809) с 1781 по 1789 гг. был первым директором Павловского дворца, резиденции цесаревича Павла Петровича и его супруги Марии Федоровны. Николаи, как личный секретарь великокняжеской четы, по роду своей деятельности был в постоянном контакте с Кюхельбекером-старшим. 

В 2003 г. были впервые опубликованы письма, которыми обменивались Павел, Мария, Л.Г. Николаи и Карл Кюхельбекер во время велико-княжеского путешествия 1781-1782 гг. по Европе. Николаи сопровождал августейшую чету, а Кюхельбекер, находясь в Павловске, выполнял многочисленные поручения, о которых ему сообщалось в письмах (их оригиналы хранятся ныне в музее-заповеднике “Павловск”). Как отметила опубликовавшая эту переписку В.А. Витязева, в одном из писем “К.И. Кюхельбекер, оскорбленный и рассерженный снисходительно-высокомерным тоном писем барона Николаи, его указаниями и распоряжениями без должного финансового обеспечения, не считает нужным скрывать свои чувства”.

Ныне любой желающий, кто обратится к этим письмам, может убедиться, был ли гнев Карла Ивановича справедлив. Нас, однако, интересует другое: вероятность того, что Л.Г. Николаи мог решать на семейном совете Кюхельбекеров в 1811 г. судьбу юного Вильгельма, практически равна нулю. Однако благодаря Тынянову “дряхлый старичок” Николаи с флакончиком навсегда остался в русской литературе.

Впрочем, остался он не только в русской литературе, но и в советском кино. В 1963 году на советские телеэкраны вышла экранизация повести Тынянова. Режиссером и автором сценария был знаменитый Александр Белинский, в главных ролях были заняты Сергей Юрский, Дмитрий Барков, Владимир Рецептер, Олег Басилашвили. В фильме оказался не забыт и барон Николаи. Его сыграл замечательный актер Николай Трофимов. Вероятно, это был первый и единственный случай, когда владелец Монрепо, Людвиг Генрих Николаи, предстал перед многомиллионной советской телевизионной аудиторией.

Остается добавить, что семейство Кюхелькеберов оказалось связано не только с Л.Г. Николаи, но и непосредственно с Выборгом, на сей раз - трагическим образом:  в Выборге с января 1826 г. по июнь 1827 г. находился в заключении родной брат Вильгельма - декабрист Михаил Карлович Кюхельбекер. 

Михаил ЕФИМОВ, старший научный сотрудник научно-исследовательского отдела ГИАПМЗ “Парк Монрепо”

Имя*:

Отправляя форму, я даю согласие на обработку персональных данных.
* — Поля, обязательные для заполнения

0 комментариев