Шведы – о путешествии в русский плен. Продолжение

А первые шведские военнопленные попали в Россию после Полтавской баталии лета 1709 года. 10 тысяч из них были отправлены на Урал, где оказали России значительную помощь в развитии промышленности
А первые шведские военнопленные попали в Россию после Полтавской баталии лета 1709 года. 10 тысяч из них были отправлены на Урал, где оказали России значительную помощь в развитии промышленности Шведы – о путешествии в русский плен. Продолжение

Мы продолжаем читать дневник шведского прапорщика Берндта Юлиуса фон-Брейтхольтца, участника русско-шведской войны 1808-1809 гг., который  26 июля 1808 года с партией пленных шведских офицеров  Свеаборгского гарнизона в сопровождении конвоя был отправлен из Гельсингфорса в Россию.

(Начало в № 20)

 В глушь, в Ярославль!

 Пока путешественники находились в Выборге, сюда доставили ещё нескольких шведских офицеров, так что в дальнейший путь партия отправилась уже  в составе 35-ти человек. Любопытны свидетельства автора дневника о жизни  сельских жителей Выборгской губернии. Его поразили нищета и неустроенность их быта. Отметил он и то, что наряду с финскими селениями между Выборгом  и Петербургом встречаются сёла с исключительно русским населением, заметил их особенность: «эти сёла отличаются более правильными и разнообразными постройками. Жилища построены по обе стороны улицы, повёрнутые к ней задней своей стеной; стены не обтёсаны, крыши с красивыми вырезными карнизами; избы имеют только одно окно на задней стене, по бокам  вырублены волоковые окна. Остальные дома, как и скотный двор, построенные четырёхугольником, находятся под одной крышей, и таким образом внутренний четырёхугольник образует навес, под которым ездят на лошадях и в экипажах. Внутри жилищ грязно. В это время года (август месяц) невозможно было достать сена или соломы у этого бедного народа, и мы собирали себе листву для подстилки на ночь. Лошадей мало». В этом рассказе так и видится русское Красное Село, крупный населенный пункт на тракте Выборг- Петербург; ныне поселение Красносельское.

Случались во время путешествия и курьёзные происшествия. Один из товарищей Брейтхольтца – инженерный кондуктор Магнус Спарк – страстный любитель игры в «коронку», во время одной из стоянок провёл за игрой весь день, а когда пришла пора собирать вещи и отправляться в дорогу, «никак не мог найти своего жилища, вследствие однообразия домов. В этих поисках он пробегал вверх и вниз по улице, заглядывал в каждое  оконце  и спрашивал: «Скажите, друзья мои, тут ли я живу?». Выручил незадачливого игрока товарищ, с которым он вместе жил, забрав его пожитки.

Далее, на пути к Петербургу, путешествующие «встречали во множестве русские войска, в числе которых находился польский уланский полк, сделавший привал в деревне, где мы меняли лошадей …».

Наконец, достигли столицы: «С первого взгляда  город ничего величественного не представляет. На Выборгской стороне … встречаются деревянные избушки и плохо вымощенные улицы, но по мере приближения к Неве чаще выступают роскошные дворцы и большие дома вдоль берегов этой красивой реки».  В Петербурге пленных поселили в артиллерийских казармах близ Смольного (Воскресенского) женского монастыря. Здесь уже были размещены ранее прибывшие «около 150 офицеров … и почти 700 человек унтер-офицеров и солдат». Согласно желанию императора Александра I, пленные 14 и 21 августа присутствовали «на Высочайшем параде». За время пребывания в столице автором дневника были осмотрены Летний сад, дворец императора Павла, Мраморный и Зимний дворцы, здания Адмиралтейства, Исаакиевский собор, Академия художеств, гостиный двор, Таврический дворец и пр.  Прогуливался он и по Невскому проспекту, посередине которого «тянется возвышенная аллея для пешеходов с расставленными в разных местах скамейками для отдыха».

По мере пребывания в Петербурге шведских офицеров «малыми партиями» отправляли в другие города России. Партия, в которой находился Берндт Юлиус фон-Брейт- хольтц, была отправлена в Ярославль. Собираясь  в дорогу, запаслись в Петербурге «простыми тюфяками и подушками, чтобы не отлежать бока в трясучих открытых кибитках, катящихся по дурным дорогам». По прибытии на место  пленники были представлены губернатору князю Голицыну и распределены по квартирам. Местное общество приняло их радушно. Сам губернатор снабжал их «даровыми билетами в театр», приглашал к себе на обеды. В губернаторском доме  встретили шведские офицеры и новый 1809-й год. Плен фактически явился для них познавательной ссылкой и небезынтересным путешествием.

5 (17) сентября 1809 года во Фридрихсгаме был заключен мирный договор, положивший конец последней в истории двух государств  войне. Этой же осенью находившиеся в России пленники отправились в обратный путь, на родину.

 Балы, маскарады, визиты…

 О подобном путешествии в русский плен, только начавшемся неделей раньше – 18 июля – рассказала в своём дневнике Аделаида Хаусвольф, последовавшая в Россию за своим отцом, майором Хансом Густавом Хаусвольфом. Он был членом военного совета Свеаборгской крепости и являлся противником её сдачи русским. Вместе с отцом 19-летняя Аделаида покинула крепость в которой она родилась, где прошли её детство и юность. Поставленный, как и все пленные, перед выбором, майор решился на отъезд. В июле уже стало известно, что местами расквартирования пленных назначены города Курск, Новгород и Ярославль. При расставании с Аделаидой её подруга Жанетта фон Тёрне взяла с неё обещание, что она каждый день будет вести запись своих впечатлений, поскольку надежды на переписку не было. И Аделаида в течение всех месяцев, проведённых в России, вела свой дневник.

Партия, с которой отправились в далёкий путь отец и дочь Хаусвольфы, состояла из 72 человек. Конвой состоял из одного офицера и 42-х солдат. К радости Аделаиды, в партии была ещё одна женщина – жена майора Густава Йорне. В Петербург прибыли 6 августа. Поселили их в казармах у Таврического дворца. Отсюда группами по 6-8 человек пленных отправляли далее, по пунктам назначения. Уже 12 августа Хаусвольфы, супруги Йорне и ещё три офицера отбыли в Новгород. Здесь они были радушно встречены местным обществом. Однако, желая быть ближе к родине, майор Густав Хаусвольф подал прошение о переводе в Выборг и после того как был получен положительный ответ, 4 января 1809 года отец и дочь двинулись в обратный путь. Жизнь в Выборге, выборгское общество подробно описаны в дневнике Аделаиды. Здесь у неё появилось много знакомых, друзей: балы, маскарады, спектакли, визиты – следовали один за другим. В сентябре, после заключения мирного договора, пленники отправились домой. По возвращении, как и обещала, Аделаида передала свой дневник Жанетте.

Путешествие в Россию было, пожалуй, самым значительным в жизни Аделаиды Хаусвольф. Завершая свой дневник, она отметила, что было оно удивительным и полным впечатлений. В настоящее время оригинал дневника  хранится в Королевской библиотеке Стокгольма, копии – в архивах Швеции и Финляндии.

 Наступил 1812 год…

 В интереснейших «Воспоминаниях Константина Карловича Жерве» – сына коменданта Выборгской крепости   генерала Карла Еремеевича Жерве – есть страницы, посвященные событиям этого года.

 Выборг находился вдали от сражений Отечественной войны, однако её отголоски  достигали и этих мест:  зимой через город, как вспоминал Константин Карлович,  проходили «иногда несколькими партиями сразу, пленные французы, немцы, итальянцы, шведы. Отец всегда угощал пленных нижних чинов обедом или ужином, смотря по времени их прибытия, горячею пищей, водкой и пивом, а офицеров и высших чинов приглашал к своему столу. Внизу, в людских, накрывались большие столы для 200-250 человек, которые разделялись на две-три очереди, так как всем сразу не доставало мест». К слову сказать, будучи человеком широкой русской души, щедрым и хлебосольным, Карл Еремеевич  кормил пленных за свой счёт, не считаясь с тем, что семья жила лишь за счет одного его жалованья.

С высоты прошедших столетий такое отношение к пленным, вчерашним врагам, сейчас, вероятно, многих может удивить. В те времена более ценилось человеческое достоинство и  такие качества, как доброта, совестливость, сострадание,  то есть то, чего нам в настоящее время иногда так не хватает.

 

Зинаида НОВОСЁЛОВА, краевед

Имя*:

Отправляя форму, я даю согласие на обработку персональных данных.
* — Поля, обязательные для заполнения

0 комментариев