ДЕЛО ПО ОБВИНЕНИЮ В СПАСЕНИИ ЦЕРКОВНЫХ ЦЕННОСТЕЙ

(Начало в № 21)

Одной из наиболее ярких страниц жизни отца Феодора Знаменского стало его служение с ноября 1906 года штатным священником на императорской яхте «Штандарт».

Именно он сопровождал императорскую семью в длительных морских путешествиях с 1907 по 1909 годы.
В это время отец Феодор был награжден шведским орденом Ваазы королевского креста I класса.

К этому периоду его жизни относится и фотография с прогулки в Финляндских шхерах (см. газету от …- прим. ред.), приложенная к уголовному делу, хранящаяся в нашем архиве и послужившая основой для написания данного очерка…

С 28 ноября 1909 года протоиерей Феодор – настоятель в придворном храме Спаса Нерукотворенного Образа на Конюшенной площади, в том самом, где почти сто лет назад отпевали Александра Сергеевича Пушкина…

… Наступил 1917 год.
В начале 1918 года уезжает за границу княгиня Мария Павловна Абамелек-Лазарева, урожденная Демидова княжна Сан-Донато. Перед отъездом она передает на хранение своему духовному отцу Феодору Знаменскому завещание покойного мужа – шталмейстера императорского двора князя Семена Семеновича. По завещанию Абамелек–Лазарев передавал виллу в Риме и доходы от заграничных ценных бумаг в пожизненное пользование своей жене, после же смерти ее вилла должна была быть передана Академии художеств, а доходы от капиталов — на устройство медико-санитарных пунктов.

Протоиерей Феодор сохранил нотариально заверенное завещание и, благодаря этому, советское правительство в 1947 году (еще при жизни княгини Марии Павловны) смогло вернуть заграничный объект недвижимости в российскую собственность. Правда, не в распоряжение Академии художеств или Академии наук (такой вариант предусматривало завещание): в настоящее время вилла «Абамелек» - красивейшее здание в Риме – является резиденцией российского посла в Италии.

В 1919 году большевики разгромили церковь Павловского полка, однако большую часть убранства удалось спасти… Иконы, предметы богослужебного обихода, ювелирные изделия, ковры, дорожки, части гарнитура, старинные рукописи XVIII века – все это было передано на хранение протоиерею Знаменскому… При этом протоиерей Феодор не забывал и о своих прямых обязанностях…

«… Из Колпина привозилась раз пять чудотворная икона, с которой г<ражданин> Знаменский обходил по квартирам… Г<ражданин> Знаменский у себя на квартире часто служил для посторонних молебны, крестил, обручал новобрачных, исповедовал…» (Из показаний Строд Анны Станиславовны от 14 сентября 1923 года).

Протоиерей Феодор Знаменский был арестован 1 июня 192З года.
За несколько дней до ареста за протоиерея Феодора и оберегаемую им церковь на Конюшенной площади попытался вступиться Пушкинский дом.

«Пушкинский дом при российской академии наук. Петроград. 25 мая 1923 г. № 202.
В Петрогубисполком.
В Петрограде, на Конюшенной площади, находится приходская церковь «Спаса Нерукотворенного». Построенная в начале прошлого века архитектором Стасовым и заключающая в себе имущество исключительно художественно-исторической ценности, она во время Революции была взята под охрану Комиссариата народного просвещения (отношение Народн<ого> Комиссара Луначарского от 29 декабря 1918, № 19971), а затем зарегистрирована, взята на учет и под охрану Отдела охраны памятников старины и искусства (24 ноября 1919 г., № 3494). В 1922 году эта церковь как исторический памятник, связанный с именем великого поэта Пушкина и композитора Глинки, была передана ВЦИКом со всем ее имуществом, в ведение Пушкинского дома при Российской академии наук (телеграмма ВЦИКа № 199529,3445; телеграмма эта была адресована Петрогубисполкому). Пушкинский дом, приняв церковь, немедленно назначил для охраны ее и всего заключающегося в ней имущества гр<ажданина> Фед<ора> Ив<ановича> Знаменского. В виду же выраженной прихожанами и общиной церкви готовности взять на себя все расходы по содержанию церкви в чистоте и исправности, а расходы по ремонту всего здания при условии оставления церкви открытой для совершения богослужения, Пушкинский дом, не располагая сим<и> сред<ствами> на необходимый постоянный ремонт и пр<очие> расходы по содержанию памятника в сохранности, решил воспользоваться готовностью, так как она обеспечивала сохранность ценного достояния на предбудущее время. Поэтому, в виду последовавшей тогда же со стороны Управления Петрогубисполкома, по особом обследовании церкви, признания ее приходской и не подлежащей закрытию (от 24 апреля 1922 г. № 3724), Пушкинский дом не препятствовал продолжению в ней богослужения. – Ныне хранитель означенной церкви гр<ажданин> Фед<ор> Ив<анович> Знаменский сообщил Пушкинскому дому о том, что 19-го с<его> мая состоялось постановление Петрогубисполкома о закрытии и ликвидации этой церкви.

В виду вышеизложенного положения и на основании указанных документов, Пушкинский дом просит отменить состоявшееся постановление Петрогубисполкома и во всяком случае приостановить введение его в действие, впредь до получения Пушкинским домом указаний по сему предмету от ВЦИКа, от которого Пушкинский дом эту церковь получил в ведение…»

Письмо было подписано исполняющим обязанности директора Пушкинского дома Борисом Львовичем Модзалевским.
На письме стоит примечательная резолюция:
«т. Н. Иванову
Проверь мне все эти ссылки на письма ВЦИК и Луначарского.
24/V <подпись неразборчива>»
И вскоре последовало следующее решение (привожу его, сохраняя подлинную стилистику и орфографию):
«Секретно.
тов. Коршунов.
В связи с обнаружением скрытых церковных ценностей у попа Знаменского, укрывшаго и наверное частью распродавшаго их из церкви при авто-конюшенной базе посылаю тебе любопытное письмо Пушкинского дома. Как видно из письма Знаменский имел по делу охраны церкви полномочия Пушкинского дома и не мешало бы пощупать кой кого из этого дома доверивших церковь – попу раскравшему ея ценности.
С коммун прив
Завед. Секретар Президиума Петрогубисполкома
П. Александров
18/VI 23».

Но даже не это было главным… Дело вскоре стало принимать иную политическую подоплеку.
Имя*:

Отправляя форму, я даю согласие на обработку персональных данных.
* — Поля, обязательные для заполнения

0 комментариев