БЫЛА МЕЧТА - СЛУЖИТЬ В АФГАНЕ

18 апреля 1987 года вчерашний 18-летний призывник из Каменно- горска Игорь ШИШОВ летел в Ташкент. Затем - поездом в Самарканд, в "учебку". Адаптация к горной местности прошла за три недели; к основной военной специальности водителя-электромеханика добавилась специализация водителя КамАЗа. "Меня хотели оставить сержантом в Самарканде, но я еще со школы мечтал служить в Афгане, - вспоминает Игорь Васильевич. - Поэтому, когда после "учебки" объявили, что моя команда 40А-автобат, все встало на свои места". И никакие увещевания родственников, дескать, "мы добьемся, чтоб ты служил в Союзе", не могли переубедить парня : хотелось проверить и проявить себя. Отдельная авторота технического обеспечения ВВС стала местом службы на долгие 22 месяца. Первый шок на афганской земле Игорь испытал, когда увидел груду стрелянных гильз, выпавших из самолета, на котором он только что прилетел - это во время захода на посадку пришлось отстреливаться от "стингеров". Основное подразделение базировалось в Кабуле. А возить бомбы приходилось, в основном, из Хайратона, что в трех днях пути от столицы; ходили на Кандагар, Баграм, через Саланг… примечательно, что расстояния измерялись именно в днях, поскольку ехали только посветлу. "Однажды я потерялся, - рассказывает Игорь Васильевич. - Только отошли от Баграма, в моей машине загорелась проводка. Быстро съехал на обочину, отключил так называемую массу, открыл моторный отсек. Тем временем вся колонна прошла мимо. Что делать? До перевала еще километ-ров 15-20. Один в степи, а мимо ездят "духи"… Мозг сработал оперативно: никогда до этого не приходилось ремонтировать электропроводку, а тут быстро разобрал схему, отрезал провод под напряжением, нашел провод от стартера, накрутил его на замок - завелась машина, ерунда, что приборы не работают, главное - догнать своих. Конечно, испуг был - один в чужой стране, кругом война…" И помчался солдат на перевал. А основная колонна остановилась на ночевку у подножия Саланга, в кишлаке. При въезде в трехкиломет-ровый тоннель патруль подсадил к Игорю двух попутчиков из афганской службы безопасности. С одним из них можно было сносно объясняться; он и предложил угоститься с придорожной бахчи арбузом. Стоило остановиться, местные мальчишки тут же облепили машину, норовя что-нибудь стащить, даже ремень от автомата пришлось намотать на руку, чтобы сберечь вверенное оружие. Добравшись до места, боец выяснил, что его колонна еще не пришла. Лишь следующим вечером Игорь встретился с сослуживцами. "Мы же тебя чуть не потеряли! - воскликнул обрадованный командир. - Три наряда вне очереди!!!" "Ну, товарищ старший лейтенант…" - попытался намекнуть на happy end Шишов. "Пять нарядов!!! " - отрезал офицер. Сегодня наш герой вспоминает об этой странице боевой биографии с улыбкой. Конечно, за долгие месяцы службы на афганской земле было много и трагичного, и будничного. На вопрос, была ли дедовщина, утвердительно кивает. "Но без этого было нельзя", - тут же добавляет он. - Это сегодня "дедовщина" - почти ругательное слово, а 20 лет назад "деды" учили молодежь выживать на войне… К счастью, "бомбовозы" обстреливали нечасто, не то что караваны топливных цистерн, которые в каждом рейсе, увы, теряли по несколько человек. Не обходилось и без курьезов. В начале службы, когда упавшая бомба ассоциировалась только со взрывом, боец Шишов отказался подчиниться команде сержанта разгружать машину, скатывая ногами бомбы из кузова прямо на землю. Это потом он понял, что бомба без взрывателя - всего лишь железо: старший товарищ личным примером доказал безопасность такой разгрузки. Только тогда и удалось избавиться от ощущения, что когда везешь целый кузов авиационных бомб, будто сидишь на бочке пороха с зажженным фитилем. Ни о каких увольнительных и речи быть не могло, отпуск предоставлялся только по ранению. Прав-да, был один опасный эпизод: когда "духи" разгромили бомбовый склад, Игорь выводил машину из горящего ангара. Разорвавшийся неподалеку снаряд рассек кожу и мягкие ткани руки. Но толковый медик "заштопал" все в полевых условиях. А осколок, просвистевший в нескольких миллиметрах и застрявший в обшивке сиденья машины, еще долгое время служил солдату талисманом. Авторота техобеспечения ВВС - это прямая связь с авиацией. "Летуны", совершавшие рейсы в Союз, иногда снабжали своих "бомбовозов" жигулевским пивом - этаким глотком Родины. Пока солдат не прослужил год - развлечений мало: прожил день, и слава Богу. На втором году службы досуг уже разнообразнее: пошутить над нетрезвым начальником, заминировав сигнальными ракетами вход в WC, проверить на прямое попадание бронежилет, подвешенный на стену, и т.п. Письма на родину были не слишком содержательными, в основном "жив-здоров". Естественно, без особых подробностей - родители и без того встречали сына из армии седыми. Примечательно, что когда наш герой уходил на службу, его провожали аж четыре (!!!) девушки. Их письма и эмоциональная связь здорово скрашивали армейские будни. А что потом? "Ничего, разрулил, - признается он. - Ведь они между собой не пересекались: одна из Соснового Бора, другие - из Питера, Выборга и Каменногорска". 24 апреля 1989 года наступил долгожданный "дембель". Главный подарок судьбы, заслуженный за 376 дней войны, - это сама жизнь и огромный жизненный опыт, позволивший перевести казалось бы декларативные ценности - дружбу, взаимовыручку, верность долгу, преданность Родине - в разряд абсолютных.
Имя*:

Отправляя форму, я даю согласие на обработку персональных данных.
* — Поля, обязательные для заполнения

0 комментариев