«Блокада – история и моей семьи»

«Блокада – история и моей семьи»
«Блокада – история и моей семьи» «Блокада – история и моей семьи»

Эти слова наш корреспондент как-то услышал от сотрудника библиотеки Алвара Аалто Елены Тюрми

Хоть прошло уже 74 года, память о блокадных днях и ночах до сих пор преследует тех, кто испытал на себе ужасы страшного голода. Никуда не деться от воспоминаний и внукам, правнукам блокадников. Елена перебирает фотографии, показывает две медали «За оборону Ленинграда»: одна дедушкина, другая бабушкина.

Сирота казанская 

– Семью моей бабушки по маминой линии Марии Конащёнок в полной мере затронула трагическая история нашей страны первой половины XX века. Она родилась в 1914 году под Казанью в многодетной крестьянской семье (как сама говорила, «в войну»). По некоторым воспоминаниям бабушки можно предположить, что её родители с Кубани отправились в поисках лучшей доли по Столыпинской реформе за Урал, но осели на берегах реки Камы. Марии, последнему ребенку в семье, было три года, когда умер ее отец, в семь лет она лишилась матери. Старшие братья были в это время на заработках в Петрограде, на Путиловском заводе, а невестки, видимо, не смогли их взять к себе, поэтому остались Маша с братом, который ненамного был ее старше, в доме одни… Помогали сердобольные односельчане, поддерживали продуктами, делились мукой, из которой Мария научилась печь нехитрый хлеб. Спасала река, благо рыбы в ней было тогда очень много – «ловили подолом»! Нанималась в няньки. А стала подрастать – завербовалась на торфоразработки; в 16 лет поехала к старшим братьям,  в Ленинград. Точного адреса не помнила – «вроде бы жили на проспекте Карла Маркса», но добрые люди помогли и проходную завода найти, и с братьями встретиться. Вахтерша в мужском общежитии чаем напоила и укоротила юбки, посоветовала: «у нас здесь не принято носить сразу несколько юбок». Так стала Мария ленинградкой. 

Поначалу работала нянькой, а потом устроилась на обувную фабрику. По выходным любила гулять на Невском проспекте, читать, посещала театры – с удовольствием смотрела все новые постановки, а ещё, побывав на открытии нового стадиона, на всю жизнь стала заядлой болельщицей! Как передовик производства ездила отдыхать в санаторий под Вырицу. Всё вокруг было так интересно, а Ленинград был такой красивый! Теперь бы только жить и радоваться, но началась война. 

«Желаю никогда не разлучаться»

- Мария работала на своей фабрике, только выпускали теперь военную продукцию. О блокаде бабушка не любила вспоминать, обычно только скажет: «Мы много работали, нечего было есть», – и начинала плакать. В семье об этом не принято было говорить, но мы знали, что в блокаду баба Маня похоронила двух дочерей – Валентину и Людмилу, которые родились в её первой семье. Мария заболела тифом, долго лежала в больнице (была при смерти), а девочки умерли в другой больнице. Спасением стала работа. Дома не жила, перебралась на фабрику: в коллективе легче выживать, да и сил на дорогу (жила далеко – на Фонтанке) после работы уже не было. Изредка только проверяла, стоит ли ее дом, не пострадал ли от обстрелов. 

Мы вчитываемся в текст наградного удостоверения: «За участие в героической обороне Ленинграда Кубасова Мария Павловна Указом Президиума Верховного Совета СССР от 22 декабря 1942 года награждена медалью «За Оборону Ленинграда». 

На небольшом фото – серьезное лицо худенькой девчушки. На обороте хорошо читаются слова: «Дорогой моей Мусе от Верочки. Желаю никогда не разлучаться. 12 сентября 1944 г.». 

– Однажды Мария собралась опять проведать свою комнату. Во дворе увидела плачущую девочку–подростка. Мария не прошла мимо, узнала ее  имя , стала расспрашивать. Сквозь слезы Вера сказала, что ей некуда идти: она опять потеряла хлебные карточки, и сестра выгнала ее из дома… Что значили тогда хлебные карточки в блокадном городе, мы хорошо знаем. Бабушка привела девочку к себе в комнату, месяц кормила на свою рабочую карточку, потом устроила на курсы медсестер. Вера окончила эти курсы и всю жизнь проработала медсестрой. Создала семью, воспитала двух сыновей. Конечно, потом она с сестрой помирилась, но говорила всегда, что Маруся спасла ей жизнь. 

После войны бабушкина первая семья распалась. Мария по-прежнему работала на обувной фабрике, а жила в коммунальной квартире с одной из сестер… моего будущего деда.

Вместе и в горе и в радости

- Свое имя – Ануфрий – дедушка получил по святцам. Родился он в Петербурге, в многодетной семье. После окончания школы учился на курсах шоферов–механиков, потом был приемщиком боевых машин марки Т – 26 при заводе имени Ворошилова. В 1934 году призван в Красную Армию, несколько лет служил в артиллерийском полку в Великих Луках. Воевал в финскую, прошел всю Великую Отечественную войну. Был начальником автомастерской, командиром ремонтного взвода, автотехником дивизии. Награды: два ордена Красной Звезды, медали  «За оборону Ленинграда», «За боевые заслуги», «За победу над Германией». 

После войны служил в Куйбышеве, здесь нашел свою вторую половинку, здесь родились Лариса и Коля. В 1949 году Ануфрия направили на Курилы, служил на острове Парамушир. Однажды огромные волны, вызванные землетрясением, буквально смыли поселок. Военные были на учениях в сопках. Часть  детей с острова удалось вовремя вывезти, а жена Ануфрия пропала без вести… 

Детей стала воспитывать теща в Куйбышеве, самого Ануфрия перевели под Ленинград. Зашел как-то в гости к сестре и там познакомился с Марией. Очень скоро они поняли, что не могут жить друг без друга, и Мария, прожив более 20 лет в Ленинграде, собрав нехитрый скарб, поехала с Ануфрием в маленькую деревушку вепсов в Лодейнопольский район, где стояла воинская часть. И сразу поразила хозяйку избы тем, что первым делом вымыла избу, а потом, поставив самовар, пригласила соседей, угостила их привезенными сушками, пряниками, конфетами! Вообще, соседи постоянно удивлялись: «Какая ты, Маруся, простая! Ты же офицерша!» Она и на земле работала так, что за ней было не угнаться, осенью грибы-ягоды бойко собирала. А разве она могла быть другой, если она деревенская?! 

Дед получил назначение под Выборг, недолгое время жили в Прибылово, а потом оказались в городе. Мария настояла, чтобы Ануфрий перевез детей; она стала для Ларисы и Коли настоящей мамой. Коля говорил: «Ты моя мармеладная мамочка!». Его трагическая гибель в 6 лет еще больше сплотила семью. Мария и Ануфрий прожили в любви и согласии до смерти деда в 1977 году. Бабушка обращалась к нему всегда уважительно по отчеству – «Фёдорыч»… 

Дружно и весело жили с соседями в бараке на Колесной улице, напротив 12-й школы: пироги пекутся – всех угощают, новый фильм крутят – билеты на всех покупаются. Бабушка работала на швейной фабрике «Маяк», а дедушка после увольнения из армии был начальником автобазы на молокозаводе, потом, после переезда на проспект Победы, занимался большой общественной работой при ЖЭКе. Дедушку часто называли «Олег Федорович». Наверно, многие жители Южного поселка его помнят. 

Бабушка была страстным фанатом хоккея: знала буквально всех игроков, с азартом смотрела матчи! У нее был хороший слух, разбиралась в музыке. Интересовалась и политикой. А про ее фирменные пироги можно говорить часами! 

Вырастила Ларису – мою маму, нас с братом. Передавала нам свои заповеди, как и её в детстве учили: «Не врать, не воровать». А ещё всегда наставляла: «На свете один не проживёшь! Надо иметь семью и друзей. Люди всегда помогут». Она ушла из жизни в 1998 году, окруженная любящей  семьей… 

Иногда жизнь сравнивают с книгой. Представьте, что вы открыли книгу, а страницы в ней вырваны до середины. Что вы поймете из прочитанного? Так и мы: не зная, что было с нашими родителями, бабушками и дедушками, никогда не поймем, почему мы такие, какие есть. 

Лидия ВОРОНИНА

Имя*:

Отправляя форму, я даю согласие на обработку персональных данных.
* — Поля, обязательные для заполнения

0 комментариев